– Нет, я не пойду. У меня же стажировка. Подготовиться хочу. Хотя…
Понимаю, что все равно не разберу ни строчки из всего, что собиралась почитать перед тем, как отправиться на работу своей мечты. Все равно буквы будут прыгать перед глазами. А вместо них совсем другие картинки выступят на первый план.
Спать тоже уже не смогу. На сто лет наперед выспалась.
– А давай. Через полчаса буду готова.
– И правильно. Нечего киснуть! Если поругались, то помиритесь! Ну, или к черту его! Забудь! Мы кого-нибудь получше найдем!
И правильно. В любой непонятной ситуации нужно веселиться. Ну, по крайней мере, не дать себе провалиться в депресняк!
– Я готова.
Поворачиваюсь к распаковывающей свой огромный чемодан Милане примерно минут через двадцать.
Выбрала облегающее красное платье в крупных складках. Яркие стрелки, высокий хвост и алая помада.
– Черт, Агата. Признайся. Ты и правда ведьма? Ну точно такая фигура от природы тебе не могла достаться!
– А ты думала!
Задорно вздергиваю подбородок.
Мы с ней выглядим сейчас, как огонь и нежный иней.
Милана утонченная хрупкая блондинка. Но характер у нее на самом деле далеко не хрупкий! Я же и правда сверкаю, как настоящее пламя. Очень сексуальное, надо сказать.
И правда. Только идиот мог не понять, что я совсем не шлюха. И не пытаться со мной связаться после такой ночи! А зачем мне нужен идиот?
– Все шикарно, только засосы-то тональным кремом замазать не забудь, а?. Черт, подруга! Да у тебя отметины даже на груди! Признавайся! Ты таки лишилась девственности?
– Милана. Перестань. Я не хочу об этом говорить.
Отворачиваюсь к зеркалу в шкафу.
Щеки пылают, когда вижу те самые отметины, которые совсем недавно вызывали внутри такую дрожь. И жар. Заставляли всю полыхать!
Теперь их хочется стереть. Как, впрочем, и все воспоминания.
– Не было ничего, ясно?
Шиплю, вытаскивая из шкафа тональный крем и широкую кисточку.
Растушевываю так яростно, что скоро уже вся кожа начинает гореть красным. Точно в тон эти следам.
– Не было, так не было, – Милана пожимает плечами. – Только хватит уже. Там три килограмма тонального крема уже. Кожу сдерешь!
Наношу все равно еще один слой.
Ну, вроде уже незаметно. Если, конечно, не знать.
– Постой!
Подруга тормозит меня уже почти у двери. Когда я, резко развернувшись на каблуках, хватаюсь за ручку.
– У тебя ведь День рождения скоро. Хотела до него дотерпеть, но ты же меня знаешь! Не могу удержаться!
– Милана. Это слишком.
Глупо хлопаю глазами, рассматривая цепочку у нее в руке.
Золото. На глаз грамм так примерно пятнадцать. Очень красивое плетение. Из-за него она совсем не выглядит грубой цепью. Наоборот. Очень утонченное украшение.
– Красота какая, правда же?
Не слушает.
Качает ее у меня перед глазами.
А я, как на приеме у гипнотизера, слежу за раскачивающейся перед лицом рубиновой каплей. Подвеска ничем не уступает самой цепочке. Удивительная просто. Изогнутая капля, оплетенная очень тонкими нитями золота.
– Как увидела ее, так сразу о тебе и подумала! Это… Ну просто твое! На самом деле я агат хотела тебе выбрать. Ну, под имя! Но это… Прямо глаз не оторвать!
– Милана, это, конечно, просто роскошно. Но, раз тебе так нравится, оставь, пожалуйста, себе.
Моя семья довольно обеспечена. Я ведь дочь цыганского барона. Внебрачная, правда, но он обо мне заботится.
Никто не знает, насколько он богат.
И украшений в нашем доме я видела немало.
Сама ведь от всего отказалась. Ради того, чтобы стать самостоятельной. Изо всех сил доказываю отцу, что я имею право на свою жизнь. На что-то большее, чем просто стать женой одного из его друзей и до конца жизни быть тенью мужа. Бесконечно рожать детей и жить в золотой клетке пусть даже самого роскошного дома.
Ответить Милане таким же подарком я не смогу. Ведь теперь я должна обеспечивать себя сама. А принимать просто так такие подарки…. Это неправильно.
– Перестань! Ты же знаешь, для меня это сущие копейки! Знаешь, сколько я всего себе накупила? Да отец даже и не заметит этих расходов! Просто разреши мне подарить это тебе. Мы ведь подруги! Знаешь… Я смотрела на эту красоту и думала. Кто знает, как сложится жизнь? А вдруг наши дороги разойдутся? Вдруг мы окажемся вообще в разных странах и никогда больше не увидимся? А так ты будешь смотреть на это колье и помнить меня. Наши счастливые университетские годы! Ну? Разве наша дружба для тебя ничего не значит?