Нет, Гриша был симпатичным. Может, слегка худым, но на лицо очень красивым: раскосые глаза, впалые щеки, прямой аккуратный нос, пухлые губы — русско-корейские корни стали хорошей основой. Он даже подрабатывал моделью и снимался для брендов одежды при случае. Я прекрасно понимала, почему его выбирали в качестве манекена. Потому что он хорошо подходил на эту роль.
Однако я согласилась пойти на свидание только потому, что он просил об этом уже седьмой раз за два месяца. Мне стало жаль доброго тихого соседа, и я решила поддержать его, но при этом мягко поставить точку.
Всё пошло не по плану.
Гриша смотрел на меня с беспокойством и странным обожанием до тех пор, пока на мою талию не опустилась тяжёлая рука, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Вот же стервец, подкрался тихо как кот!
— А кто это к нам в гости заглянул? — Овчаренко улыбнулся, но совсем не весело. Это скорее был оскал, не предвещающий ничего хорошего. Да и голос у Тёмы стал предостерегающе-тихим. Даже стоя рядом и вальяжно обнимая меня за талию, он оставался похожим на дикого хищника перед прыжком. — Сладкая, ты не представишь мне своего друга?
Он сверкнул своими серыми глазищами. И это взгляд говорил: “Мы ещё обсудим появление странного парня у тебя на пороге”. Будто Артём имел на ревность и претензии хоть какие-то права.
— Это наш сосед Гриша, — не соврала я и пожала плечами.
Тем временем парень в коридоре побледнел. Он открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, нервно теребил край белой широкой футболки и нервно мычал.
Артём вдруг протянул ладонь и уставился на соседа исподлобья. Гриша нехотя пожал ему руку и с опаской покосился на меня.
— Артём, — сухо представилась моя новая головная боль. — Муж Лиды.
— Муж? — воскликнули мы с Гришей одновременно и уставились на Овчаренко.
Вот же стервец!
Мужчина коротко кивнул. Вся ситуация не давала усомниться в словах Тёмы. Я стояла прикрытая лишь простынёй, а он вообще вышел в одних трусах.
Господи, когда он штаны успел снять?!
— Официально пока что не совсем муж, но мы до этого дойдём, — прохрипел Артём, до боли прижал меня к своему боку и грубо рыкнул: — Извини, малец, но нам пора делать детей. Они, знаешь ли, сами по себе не появляются, для этого стараться нужно.
И с грохотом захлопнул дверь.
Стальная хватка ослабла. Мужчина отодвинулся и медленно поковылял к кровати, не обращая внимания на мой недоумённый взгляд. Отмахнулся, как от надоедливой мухи, упал на диван со стоном и прикрыл глаза.
— Что прикажешь делать с тобой? — едва сдерживая гнев, уточнила я. — Ты ведь так всех соседей перепугаешь!
— Не всех, только одного. И вообще, что это за огрызок? Не нравится он мне, как-то… неприятный, — буркнул Тёма и, чуть помедлив, тихо попросил: — Дай, пожалуйста, таблетку.
Я видела, что ему стало плохо, поэтому моментально налила воды и попросила его молча отдыхать. У меня в голове тем временем засели совсем не радужные мысли, от которых бросало в дрожь. И каждая из них вертелась около Овчаренко и его раны.
Кажется, он сильно влип. Но это до меня дошло только через четыре дня, когда я впервые заметила слежку.
Глава 7
Прошло не меньше четырёх дней, когда я поняла, что что-то не так. К тому времени Кирилл перестал приходить для проверок и просто дал кучу наставлений по поводу лечения Артёма.
— Давай помогу, — подорвался мужчина, когда я начала собираться в магазин.
— Сиди тут и не отсвечивай, — беззлобно бросила и покосилась на Овчаренко, который с любопытством следил за каждым моим действием. Особенно его заинтересовала юбка в моих руках.
Стоило ли переодеваться на глазах у мужчины? За эти дни я успела набегаться в ванную комнату с вещами. Но теперь…
Коварно улыбнувшись, я отвернулась от Тёмы, скинула халат и осталась в одних кружевных трусиках. Очень медленно нагнулась и натянула юбку. При этом старательно вертела попкой, чтоб Овчаренко слюной захлебнулся к чертям.
Следом вытащила из ящика кожаный топ-корсет и, придерживая его одной рукой, по-кошачьи мягко подошла к Артёму.
— Вообще-то ты очень даже можешь помочь, — улыбнулась нахально и повернулась к нему спиной с тонким намёком.
Мужчина так тяжело и горестно вздохнул, что я едва не рассмеялась. Вот так-то! Позади меня послышалась усмешка. Артём хрипло уточнил:
— Решила свести меня в могилу раньше времени? — его горячие пальцы ловко застёгивали крючки, будто занимались подобным каждый божий день по пять раз кряду. Я упустила момент, когда он застегнул топ, и руки моментально обхватили меня за талию, силой усаживая к Тёме на колени. И — боже мой! — я почувствовала, что он возбуждён. Моя задница прижималась к его выпирающему из шорт члену.