Пока ворчливая соседка медленно поднималась, я решила не медлить и полетела домой. Оставаться в одиночестве в парадной, когда на улице была явная слежка, мне совсем не хотелось.
Руки дрожали. Из-за стресса я удивительно быстро открыла дверь и застыла на пороге, глядя на забавную картину: в коридоре, едва освещённом старой жёлтой лампой, стояли двое. Гриша, распластанный по стенке, боязливо жмурился, а Артём возвышался над ним. Одна его ладонь сжимала футболку соседа в районе горла, вторая же была отведена будто для удара.
Всего мгновение, и наши взгляды с Тёмой пересеклись.
— Вот и моя сладкая пожаловала, — улыбнулся мужчина и с пренебрежением скривился, отпустив Гришу. Он повернулся к парню и процедил жёстко: — Брысь отсюда, сопляк.
И сосед буквально испарился, шустро юркнув в свою комнату.
На губах Овчаренко дрогнула слабая улыбка.
— Сейчас я тебе всё объясню, киса, — насмешливо начал он.
— Нет! — рявкнула я и зло зашипела: — Лучше объясни, что за хрен следил за мной на улице! Во что ты вляпался?
Улыбка слетела с его лица, брови встретились на переносице, а губы стали тонкими и натянутыми. Только по этому выражению я поняла, что мы оба крупно попали.
Аккуратно и настойчиво Артём затащил меня в комнату, закрыл дверь на защёлку и подлетел к окну. Он пару минут стоял замерев и рассматривал двор. Я не двигалась и пыталась понять, что происходит. Насколько всё плохо?
— Как он выглядел? — голос мужчины был резким и грубым, взгляд сосредоточенным, а поза напряжённой. — Один? Говорил что-то? Пытался что-то сделать? Где ты его видела? Машина? Приметы?
От количества вопросов закружилась голова, и я на негнущихся ногах подошла к дивану и уставилась на бордово-коричневое пятно засохшей крови. Оно не отчистилось до конца.
Надо бы купить новый диван. А ещё лучше заставить это сделать Артёма — это же он всё вокруг заляпал. Почему я должна сама решать проблемы, созданные им?
Я вздрогнула, когда Тёма взял меня за руки. Он сидел на корточках передо мной и обеспокоенно взглядывался в лицо. Искал что-то и никак не находил. Прозрачные серые глаза внимательно следили за моими действиями, а большие пальцы рук плавно вырисовывали круги на запястьях. Успокаивающе. Гипнотизирующе.
— Помнишь, как он выглядел? — тихо уточнил мужчина.
Пожала плечами.
— Он был одет во всё чёрное. Лицо обычное, волосы тёмные скорее всего — не разглядела, на нём был капюшон. Кажется, был один, машину я тоже не видела. Не подходил и не говорил, хотя, кажется, планировал. А, ещё вспомнила, у него большая родинка над бровью!
Овчаренко посмурнел, поджал губы и отвёл взгляд.
— Понятно, Рода послали. Это плохо, он там самый умный, — вздохнул мужчина и чуть сжал мои ладони. Тёма прикрыл глаза и выругался: — Блять! Это очень плохо, киса. У тебя есть куда пойти? Чтоб никто не знал.
Я непонимающе уставилась на Овчаренко и хлопала ресницами, пытаясь вспомнить, куда же можно податься. К матери? Слишком очевидно, быстро найдут. К Лизке, моей подруге? Возможно, но она куда-то переехала. Кажется, даже в другой город. А больше никого и не осталось.
Помотала головой и прикусила губу, после чего Тёма внимательно уставился на меня. Медленно он положил ладонь мне на щеку и провёл пальцем по нижней губе, слабо улыбнувшись.
— Вспомнила! — воскликнула я испуганно и виновато пояснила: — Мне пришлось не покупать лекарства, там же этот хмырь рядом тёрся. Прости.
Артём скривился и тихо рассмеялся, покачивая головой. Сел рядом на диван и крепко меня обнял, заставляя уткнуться носом ему в грудь и жадно вдыхать сладкий запах цитрусового геля для душа. Он ласково чмокнул меня в волосы и серьёзно отрезал:
— Тогда решено. Надо собираться, пока они не пришли за мной. Извини, киса.
Овчаренко встал, потянулся, размял шею и полез в шкаф, доставая оттуда мои вещи. Что за…?
— Эй, что ты творишь! — возмутилась я.
Тёма удивлённо оглянулся и посмотрел на кучу вещей на полу. Нахмурился, будто не мог понять, что я имею в виду, и сухо пояснил:
— Ты едешь со мной.
— Куда? — удивилась.
Брови мужчины соединились на переносице, а губы стали тонкими.
— Как это куда? Мы срочно переезжаем к моему другу. Или ты хочешь, чтоб нехорошие дяди утащили тебя на тот завод? Тогда шевели аппетитными булками, киса.
Глава 8
Началась паника. Артём забрал мой телефон и пару часов пытался дозвониться до кого-то. Он нервно барабанил пальцами по столу, ругался себе под нос и курил одну за одной. Кажется, комната настолько пропиталась дымом, что даже едкие духи соседки не помогли бы избавиться от этого запаха. При этом Овчаренко ничего не смущало. Внешне он вообще казался очень расслабленным, только малость злым. Если бы не пальцы, отбивающие чечётку.