Она уже сделала пару шагов ко мне, угрожающе хмурясь и одновременно с этим выпучивая глаза, но в этот момент раздался отрезвляющий громогласный вопрос:
— Интересно, с каких пор в моём собственном доме моей же невесте не разрешается есть? Она проголодалась, я её измучил ночью.
Он с уверенностью льва подошёл ко мне и обнял за плечи, легонько чмокнув в макушку. Параллельно бросил пакет на столешницу и строго зыркнул на покрасневшую от гнева тётю Люду. Я обвила руки вокруг талии мужчины и доверчиво уткнулась носом в район груди.
От него пахло ёлкой и чем-то цитрусовым. Божественный запах. От такого можно запросто сойти с ума.
— Вообще-то по документам это мой дом, — напомнила вдруг тётя Люда. Я испуганно покосилась сперва на внешне спокойного Тёму, а после переключила внимание на женщину. Она в этот момент, казалось, чувствует себя богиней, не меньше. Столько превосходства во взгляде я не наблюдала давно.
— Вы же за него ни копейки не заплатили, — напомнил Артём. Причём он говорил тихо, не повышая голос и не агрессируя. Будто у него имелся рычаг воздействия на женщину. Да такой сильный, что любое сопротивление в один миг выключалось. — Да и дарственную я давно забрал.
Глаза у тёти Люды едва не вывалились из орбит в этот момент. Она открыла рот и почти сразу его закрыла. Цвет щёк женщины менялся с красного до зелёного, после до мёртвенно-белого и обратно.
— Пойдём выйдем, — по-учительски строго проговорила она и направилась к выходу на улицу.
— Кажется, меня сейчас будут казнить, — усмехнулся Артём и направился следом за тётей Людой.
Мы с Катей остались вдвоём в комнате и сразу одновременно переглянулись. Наверное, у каждой из нас в голове появилась мысль подслушать. И мы всё так же синхронно, не сговариваясь, двинулись к открытой двери на террасу.
Девушка настороженно поглядывала на меня, будто не решалась заговорить. Мне же совсем не хотелось обсуждать их с матерью выходки. Впрочем, Катя всё равно подала голос:
— Извини.
Я удивлённо уставилась на девушку, попутно различая доносившиеся с улицы слова типа: “обязан”, “влюблена”, “притащил непойми кого”, “развратница”. Тётя Люда что-то задвигала про то, какую же неправильную невесту себе выбрал Артём, а “та самая” чистая дева в виде Кати всё никак его не дождётся.
— Мне он нравится, — призналась девушка вдруг и вздохнула. — Но я вижу, что с тобой ему лучше. Рядом с тобой он улыбается. А у меня это пройдёт.
— И почему ты ничего не скажешь? — пробурчала я.
На задворках сознания сидела мысль, что не стоит сочувствовать Кате. Что она сама виновата в своём положении. Но смотрела на неё и понимала, что ей очень не повезло по крайней мере с одним из родителей.
— Просто мама… она такая властная и не даёт сказать слово против.
Тихий голосок дрогнул. Девушка и правда выглядела раздавленной, будто по ней катком проехали.
— Откуда ты только её притащил?! — сорвалась вдруг на крик тётя Люда где-то на улице. Не обязательно было стоять около двери, чтоб услышать, насколько сильно она недовольна. — Катюшка давно тебя любит, боготворит, а ты вдруг какую-то шавку на улице подобрал.
— Я вас очень уважаю, тётя Люда, но придержите язык за зубами. Лида замечательная девушка, и не вам решать, с кем мне связывать жизнь. Если вы продолжите лезть в наши дела, мне придётся попросить вас уехать и отдать ключи.
Женщина взвыла, запричитала и стала проклинать мужчину. Катя ещё хотела что-то сказать — и по взгляду стало ясно, что снова планирует извиниться. Но Артём вдруг забежал в дом, на мгновение схватил меня за плечи и строго отчеканил:
— За нами приехали. Стой тут, я сейчас принесу наши вещи.
Овчаренко вернулся буквально через минуту с моей одеждой, телефоном и обувью. Белая как мел тётя Люда тихо вошла в гостиную и сразу же направилась к входной двери, ведь туда постучали. А мы с Артёмом побежали.
Я только успела надеть кеды, потому что в следующее мгновение мы уже неслись по зелёному газону в сторону бани, рядом с которой находилась дыра в заборе. Мужчина буквально вытолкал меня за границы участка и шустро юркнул следом.
В доме к тому моменту было шумно. Мне только удалось увидеть, как Катя с расширенными от ужаса глазами закрыла стеклянную дверь на летнюю веранду и едва кивнула.
Мы едва отбежали на сотню метров, как мужчина сам остановился и попросил нормально одеться.
— Не хватает ещё клеща подцепить, — буркнул он и замер, пока я судорожно натягивала штаны. Я испуганно втянула шею и аккуратно выглянула из-за широкого ствола сосны.