— Алина, — его голос стал жестким, не терпящим возражений. — Сколько светильников на этой стене?
Что?.. Каких, к черту, светильников?! Я задыхаюсь, мой мир рухнул, а он спрашивает про интерьер?
Но в его темных глазах читалась такая властная сила, что я не посмела ослушаться. Инстинкт подчинения сработал быстрее разума.
Светильники… Светильники… Я судорожно перевела расфокусированный взгляд на стену.
— Два… — хрипло прошептала я. — Там два бра. Один над нами выключен… И эта свеча на столе.
— Итого? — требовательно спросил он.
— Четыре. Два горят, два нет.
— Умница, — его тон мгновенно смягчился, стал обволакивающим.
Он провел большим пальцем по моей скуле, стирая невидимую слезу.
— А сколько вилок рядом с твоей тарелкой? Смотри вниз.
Я послушно опустила глаза. Металлические предметы блестели на белой скатерти, обретая четкость. Вилка для мяса, поменьше — для закусок, совсем маленькая — десертная.
— Три, — уже четче проговорила я.
— Правильно. Теперь ножи.
— Тоже три.
Дмитрий осторожно сместил ладонь с моей шеи ниже, накрыл мою дрожащую руку своей и переплел наши пальцы. Его хватка была крепкой и заземляющей. Я следила за этим движением, как завороженная.
— Сколько официантов ты видишь в зале? Найди их всех.
Я заставила себя выглянуть из-за плотной портьеры, отделявшей нашу кабинку.
— У бара двое… — начала я считать, чувствуя, как паника медленно отступает. — Трое в зале, принимают заказы. И один парень только что вышел с кухни с подносом.
— Сколько всего?
— Шесть.
— Отлично, — кивнул Дмитрий.
Он не отпускал мою руку, продолжая медленно, ритмично поглаживать большим пальцем мои костяшки.
— Тебе лучше?
Я нахмурилась, прислушиваясь к себе. Странно. Сердце больше не пыталось проломить ребра, дыхание выровнялось, звон в ушах исчез. Реальность вернулась на место. Эти неожиданные перемены испугали меня не меньше самой паники.
Я неловко кивнула и попыталась высвободить ладонь из его железной хватки. Мне стало стыдно за свою слабость перед ним. Но он не позволил. Сжал пальцы чуть крепче, удерживая меня на месте.
— У тебя была паническая атака, — спокойно пояснил он, как врач, который ставил диагноз. — В такие моменты мозг отключается. Нужно переключить внимание на простые предметы, начать считать. Это помогает заземлиться. Вернуться в «здесь и сейчас».
От его монотонных поглаживаний по моему телу разливалось предательское, уютное тепло. Меня окутала странная, мягкая дрема. Словно я зашла с лютой метели в теплый дом. Я чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Эта мысль должна была напугать меня, но сил бояться не осталось.
— Спасибо, — заторможенно прошептала я. — Откуда вы… знаете, что делать?
Дмитрий усмехнулся уголком губ и наконец отпустил мою руку, откидываясь на спинку дивана. Его взгляд снова стал нечитаемым.
— Жизнь научила. Об этом позже, — отрезал он. — А сейчас вернемся к нашему разговору.
Я мгновенно подобралась, как натянутая струна. Магия момента рассеялась.
— И как же так вышло, что ты такая наивная, Алина? — его голос звучал не зло, а скорее с оттенком усталой иронии. — Подруга на работе водила тебя за нос целый год, а ты верила. Отец скрывал от тебя свою зависимость, проигрывал миллионы, а ты считала его святым. И смешно, и грустно.
Я поежилась под этим взглядом, чувствуя себя глупой маленькой девочкой.
— Я просто… доверяла им.
— Доверие — это роскошь, которую ты больше не можешь себе позволить, — жестко припечатал он. — Давай проясним условия сразу, чтобы без иллюзий.
Он подался вперед, опираясь локтями о стол.
— Брачный контракт подписан на год. У тебя есть четыре дня до субботы, чтобы прийти в себя, забыть о работе и подготовиться к свадьбе. После церемонии я передам тебе в управление ту кофейню на Таганке. Будешь играться в бизнес-леди, приводить дела в порядок. Если за этот год будешь вести себя хорошо, не создавать проблем и играть по правилам — через двенадцать месяцев мы разведемся. И, возможно, я даже оставлю этот бизнес тебе. Как выходное пособие. Идет?
Я уставилась на него во все глаза. Условия звучали… слишком хорошо. Почти сказочно для ситуации, где меня продали как вещь. Год потерпеть, управлять любимым кафе, а потом свобода и свой бизнес? Я искала подвох. Он должен был быть.