Глава 13
Слова Дмитрия повисли в воздухе.
В том числе и в моей постели.
Отрабатывать свой долг.
Я смотрела на него, не в силах даже моргнуть. Его лицо было опасно близко, глаза прожигали насквозь, а большой палец все еще поглаживал мою нижнюю губу. Это прикосновение обжигало.
— Вы... шутите? — прошептала я.
Голос дрогнул, выдав мой страх с головой.
Дмитрий медленно отстранился, разрывая зрительный контакт, и снова взялся за бокал.
— Я похож на шутника, Алина? — холодно бросил он. — Ты же сама сказала: условия сделки выгодные. Ты получаешь бизнес, свободу через год, решение проблем отца. А я получаю жену. Полноценную жену. Всё честно.
— Это мерзко! — выплюнула я, чувствуя, как к горлу подступают слезы ярости. — Покупать женщину, чтобы затащить ее в постель?
Он лишь равнодушно пожал плечами, отрезая кусок стейка.
— Называй как хочешь. Но в субботу ты скажешь «да», а ночью я возьму то, что теперь принадлежит мне. Советую смириться с этой мыслью сейчас, чтобы не портить нам обоим праздник истериками. А теперь ешь. Тебе нужны силы.
Он рассуждал так цинично. Будто первая брачная ночь для него ничего не значила. Просто пустой звук, а не сакральный акт любящих людей.
Ну да, даже смешно. Любящих людей. Кто здесь кого любит, Алин? Думаешь, ты понравилась ему с первой встречи, вот он тебя и берет в жены? Ты просто удобная подстилка, не больше.
Поесть я, конечно же, не смогла. Кусок не лез в горло. Остаток ужина прошел в гробовой тишине. Дмитрий же спокойно жевал свой стейк, изредка проверяя телефон, словно напротив него сидело пустое место, а не девушка, которая скоро должна стать его женой. Я просто сидела, глядя в одну точку, и механически крутила ножку бокала.
В голове билась одна мысль: сбежать.
Но куда? К кому? К отцу, который продал меня? К Кате у которой полно своих проблем?
Я была не одна. Но совесть мне не позволяла беспокоить Катю. Я слишком дорожила нашей дружбой.
— Мы закончили, — Дмитрий жестом подозвал официанта, расплатился (я даже не взглянула на счет) и встал. — Идем.
Обратная дорога показалась мне вечностью. В салоне «Майбаха» царил полумрак. Я забилась в самый угол, прижавшись лбом к прохладному стеклу. За окном мелькали огни ночной Москвы. Там, снаружи, люди гуляли, смеялись, спешили домой к любимым. А меня везли в тюрьму.
Дмитрий молчал всю дорогу. Он не пытался заговорить, не касался меня, но я физически ощущала его тяжелый взгляд. Он давил, как бетонная плита.
Когда машина въехала на территорию особняка, меня начала бить мелкая дрожь. Ворота с лязгом закрылись за нашей спиной, отрезая путь к отступлению.
Дмитрий вышел первым, обошел машину и открыл мне дверь. Я замешкалась, не в силах заставить ноги двигаться.
— Алина, — в его голосе прозвучало предупреждение.
Я вышла. Ночной воздух был свежим, пахло дождем и мокрой хвоей. Но даже он не мог прогнать ощущение духоты.
Мы вошли в дом. В огромном холле горел приглушенный свет. Было тихо и пусто.
— Глеб проводит тебя, — бросил Дмитрий, снимая пиджак и бросая его на кресло. Он даже не посмотрел на меня. — Отдыхай. Завтра тяжелый день. Утром приедут стилисты и организаторы.
Я замерла на первой ступеньке лестницы.
— А вы?
Вопрос вырвался сам собой. Мне нужно было знать, где он будет. Чего ждать от него.
Дмитрий обернулся. Он медленно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, ослабляя галстук. Этот жест показался мне пугающе интимным.
— А я, моя дорогая невеста, буду работать, — усмехнулся он. — Иди спать. Мою дверь ты знаешь, но советую сегодня туда не заходить. Я не в настроении быть джентльменом.
Я пулей взлетела по лестнице, чувствуя спиной его взгляд до самого поворота коридора.
Вбежав в свою комнату, я первым делом повернула замок. Щелчок металла принес крохотное облегчение. Я прислонилась спиной к двери и сползла на пол. Слезы, которые я сдерживала весь вечер, наконец прорвались наружу. Я плакала беззвучно, закрыв рот ладонью, чтобы никто не услышал. Плакала от обиды, страха и бессилия.
Как он мог? Как отец мог так поступить со мной? Что будет с мамой, когда она узнает про это? Или папа скажет ей, что это счастливый брак по любви? А я жениха скрывала все это время…
Наверное, ей так будет даже лучше. Не знать всей правды.
Когда истерика немного отступила, я поднялась и прошла в ванную. Смыла макияж, стянула с себя это проклятое роскошное платье. Сейчас мне было мерзко от того, как я им наслаждалась несколько часов назад. Теперь оно валялось на полу зеленой лужей, и мне хотелось его сжечь.