— Блять, София, черт. Ты и я, навсегда.
Я посасывала его шею, испытывая потребность оставить на нем свой след. Тишина между нами была легкой, нежно окутывающей нас.
— Наверное, я оставила мокрое пятно на твоих брюках, — прошептала я.
— Хорошо. Мне нужен твой аромат на каждой моей паре брюк.
— Ты смешной.
Я провела руками по его груди, расстегивая пуговицы рубашки, прежде чем спуститься ниже. Я сжала его твердый член через брюки, и он со стоном прижался ко мне. Боже, мне хотелось слушать, как он издает этот звук снова и снова. Я расстегнула молнию на брюках, и он приподнял бедра, помогая мне их спустить, пока мои пальцы не обхватили его теплый, гладкий член.
Он резко вдохнул и взял меня за задницу, крепко сжимая. Я вскрикнула, когда он подтянул меня, проскальзывая своим членом между губами моей киски.
— Ты устала, детка?
— Нет, — сказала я с улыбкой.
— Bodra.
Он перевернул нас так, что навис надо мной. Его толстые бедра прижались к моим, его член дразнил мой вход.
— Не заставляй меня ждать, — пробормотала я, касаясь губами его горла.
Он надавил, дразня меня только головкой члена.
— Я бы жил внутри тебя, если бы мог.
Прежде чем я успела что-то ответить, он вошел до упора, и я вскрикнула от того, как он меня растягивал. Его руки обхватили мое тело, удерживая на месте, пока он входил в меня.
— Блять, я кончу быстро. Кончай со мной, детка. Мне нужно почувствовать, как твоя идеальная киска сжимает мой член.
Он остановился, чтобы подложить подушку мне под бедра. Изменение положения сняло давление с моих суставов, и каждый толчок попадал в идеальное место внутри меня. Это было похоже на электрический ток, пронзивший мое тело, и я заскулила, хватаясь за Маттео, когда кончала. Он последовал за мной через несколько секунд, и мы оба наслаждались своим удовольствием, а сердца колотились там, где наша кожа прижималась друг к другу.
— Идеально. Ты такая идеальная, — пробормотал он, нежно целуя мои губы, прежде чем скатиться с меня.
Я свернулась калачиком, когда Маттео пошел в ванную. Через несколько минут он появился с влажным полотенцем и вытер меня, от чего у меня покраснели щеки. Я всегда чувствовала смесь удовольствия и смущения, когда он так обо мне заботился.
Он снова лег рядом со мной, и я прижалась к его груди.
— Так хорошо, когда я с тобой.
Мои слова прозвучали невнятно, но его хватка на мне усилилась.
— Я всегда мечтала об этом, но никогда не думала, что у меня это будет. Спасибо.
— Тебе никогда не придется благодарить меня, — пробормотал он.
Голос у него был полусонный, и я улыбнулась ему в обнаженную грудь.
Сон пытался утянуть меня, но прежде чем это произошло, из меня вырвались слова, которые я так долго держала в себе.
— Я люблю тебя.
Грудь Маттео продолжала неуклонно подниматься и опускаться. Я оставила нежный поцелуй на его коже, а затем закрыла глаза.
55
МАТТЕО
— Я люблю тебя.
Я старался дышать ровно, чтобы София подумала, что я сплю, но у меня было чувство, будто грудь вот-вот лопнет.
Она любит меня.
Любит меня.
Все было так же, как и несколько минут назад, и все же ничто больше не было прежним. Мир изменился, и я изменился.
Я был человеком, которого любила София Росси.
Каким-то образом, несмотря ни на что и вопреки собственному дурацкому идиотизму и упрямству, я завоевал любовь своей драгоценной жены.
Я крепче обнял ее, когда ее дыхание выровнялось. Мне никогда не будет достаточно этого, ее. Я жаждал ее каждую минуту бодрствования, мой разум искал ее даже во сне.
И я задавался вопросом, было ли это любовью.
56
МАТТЕО
Доменико вошел в кабинет, сжав челюсти и с ноутбуком в руках.
— Докладывай, — сказал я.
— Да, босс, — затем он замешкался.
Мне пришлось сдержаться, чтобы не зарычать. Я должен быть с Софией. Утром мне не хотелось вставать с постели, особенно учитывая, насколько она устала после ночи. Я хотел провести весь день в обнимку, трахаясь, касаясь ее и слушая сладкий голос, пока она проводила пальцами по моей обнаженной груди. Если раньше я хотел убить албанцев, то сейчас бы убил их просто за то, что они отрывают меня от моей жены.
Доменико прочистил горло и открыл ноутбук.
— Я нашел предателя.
Я приподнял бровь, ничем не выдавая своих эмоций. Но внутри меня сердце бешено колотилось от желания уничтожать. Жажда крови захлестнула меня. Наконец-то мы их нашли.