Пока я думы свои думал, и не заметил, как мальчик, который так же сидел рядом на скамейке и одевался под присмотром своей бабушки, дернул Лику за хвост.
Лука тут же вскакивает со своего места.
– Я тебе уже раз сказал отстать от нее, – заявил сын, чем вызвал у меня удивление.
– Лука, – мягко одергивает его сестра. Улыбается, негодница, но по взгляду вижу, как она гордится братом. – На дураков внимания не обращают, – заявляет она деловым тоном.
– Ваши дети обижают моего Алешу, – зашевелилась бабуля. – Воспитывать надо, – пробормотала она, напялив шапку на своего внука, который дует щеки.
– А мы воспитанные, доброго вам вечера, – проговорила дочь и продолжила одеваться.
Бабка цокнула языком и взяла за руку мальчишку, повела на выход.
Лука пожал плечами, а Лика театрально закатила глаза. Забавно. И сказать ничего не скажешь. Стоят друг за друга и это не может не радовать. Вот бандиты.
Усмехнулся своим мыслям.
Первым в очередь на секцию Лука. Подъехав к ледовой арене, паркуюсь. Подхватываю сумку со снаряжением и помогаю детям выбраться из машины. Луку вручаю тренеру. Мальчишка, как оказывается, и сам справляется со снаряжением. Мое присутствие не требуется.
Беру Лику за руку и чуть ли не бегом к машине. Время поджимает.
– Виолетта Романовна ругаться не будет, если мы опоздаем, так что можешь сбавить скорость, – деловито заявляет дочь.
– Да? Вы никогда не опаздываете с Аллочкой?
– Никогда. Алла очень ответственная женщина.
– Согласен, – усмехаюсь.
– Ты нашел работу? – смотрю в зеркало заднего вида, Лика смотрит в окно, болтая ногой.
– Почти.
– И как? Как часто мы тебя будем видеть дома? – встречаемся взглядами в зеркале.
– Я очень хочу как можно больше времени проводить с вами, Лик. И поэтому ушел с работы.
– Чтобы найти новую и так же пропадать.
– Нет, – отрезаю и спорить не хочу. – Я сказал, буду стараться, значит, будут. Я люблю вас, и сделаю все для вас.
– Ладно. Принято, – натянуто улыбнулась.
К школе балета подъезжаем минута в минуту. Лика сама берет свою сумку, сама выбирается из машины. Дама у меня растет самостоятельная. Берет меня за руку и тянет за собой. Я здесь был, когда с матерью подавали документы. И все. Поэтому что где находится, не знаю.
– Вот, – останавливается в вестибюле у большого плаката на стене. – Будет концерт. Перед Новым годом. Я буду участвовать. Ты же придешь посмотреть?
– Я… – хочу сказать, что постараюсь, но по взгляду понимаю – не прокатит. – Да, обязательно. И на игру Луки обязательно сходим. Я весь ваш, – улыбнулся, заметив искорки в глазах дочери.
– Тогда я в раздевалку и в класс. А ты через полтора часа будь тут, – машет рукой и убегает.
А я как истукан пялюсь ей вслед. Услышав женские голоса, обернулся и замер. Девушки небольшой группой шли по вестибюлю в своих купальниках с юбочками.
Мысленно представил, что и моя дочь совсем скоро будет такой же взрослой.
Тряхнул головой и развернулся, быстрым шагом направился к выходу.
У меня час с небольшим. Забрать дочь, сына и домой. Ужин, болтовня перед сном. И…
Давай уже, Макс, набери Зарецкого, чего тянуть-то.
Достаю телефон из кармана куртки и не успеваю его включить, чтобы найти номер, как телефон сам начинает вибрировать у меня в руке.
“Зарецкий”.
– Слушаю, – отвечаю сразу.
– Макс, я все по тому же вопросу, – немного нервно звучит голос Алексея Петровича.
– Что-то случилось?
– Нет, – слышу, как выдыхает тяжело. – Но случится, когда узнает о тебе, – усмехается.
– Вы готовы к скандалу? Помните, как она меня не хотела принимать? – улыбнулся в темноте автомобильного салона.
– Спрашиваешь. Но шутки в сторону. Туманов, я на тебя очень рассчитываю и удваиваю ту сумму.
– Не надо удваивать, Алексей Петрович. Я помню, что вы сделали для меня.