– А где они сейчас? – осторожно спросил мужчина.
– А тут недалеко… На Загобе. Папа о них позаботился, нечего им было оставаться на Татуине. Климат там… Не каждый выдержит. Надо будет, кстати, наведаться к ним в гости. Я обещал… – покивал Люк. – Да и проверить, как устроились, тоже не помешает.
– Хорошо, с этим мы разобрались… – Палпатин сделал отметку в датападе и посмотрел на Винаму. За эти пару часов они смогли решить вопрос с охраной, сделать наброски планов обучения Леи, обговорить множество деталей… В общем, плодотворно провели время.
– Кстати… – ситх отложил датапад. – Я все хотел спросить… Имя Люка. Почему такая реакция? Вы не называете мальчика полным именем, а когда назвали… Вас передернуло.
– Сын сказал, что это – очень сильное имя, – глубокий голос Вейдера наполнил помещение кабинета. – Что оно принадлежит Владыке демонов…
Винама вздохнула, дернув пальцами, что не ускользнуло от острого взгляда Палпатина.
– Много веков назад, еще до того, как наши предки прилетели на эту планету, они поклонялись другим богам… Сейчас об этом помнят не все. Всесоздатель и пятеро его помощников – отражения его сущности. Воплощенные аспекты его силы… Люцифер был величайшим среди них, самым сильным. Первым. Воплощенный Свет.
Ситхи переглянулись и снова уставились на неторопливо рассказывающую Наберри.
– Он был исполнителем Воли Всесоздателя. Нес блага, даровал жизнь… Возгордился. Решил, что раз создан первым – то и быть должен Первым. И… Ушел с небес, став Владыкой созданий, обитающих во Тьме, а его Свет отныне несет не только жизнь, но и сжигает, убивая. Считается, что имя Люцифер могут использовать для наречения только монархи и их потомки, как осененные милостью Вседержителя, в последний раз его носил представитель правящего рода еще в те времена, когда Набу только колонизировалась. Он был… – женщина неопределенно покрутила пальцами, – великим королем. М-да… Великим. Но крови он пролил… После него никто не рисковал.
– Падме рискнула… – прошептал Вейдер. – И, судя по всему, не прогадала.
Знакомство с Призраком Квай-Гона прошло практически буднично. Джедай широко улыбнулся, опускаясь на одно колено – чтобы девочке не пришлось задирать голову – опершись руками на второе.
– Здравствуй, Лея. Меня зовут Квай-Гон Джинн.
Лея сделала книксен, демонстрируя прекрасное воспитание, после чего не выдержала и подошла ближе, борясь с желанием потыкать прозрачного мужчину пальцем. Стоящий рядом Люк с шуршанием развернул леденец.
– Итак, Лея! Это – мастер-джедай Квай-Гон Джинн. Он будет твоим Наставником. Твоя Сила хоть и заблокирована, но никуда не делась, так что процесс разблокировки вполне возможен, неизвестно, правда, до какой степени. Уважаемый мастер Джинн будет тебя учить и защищать, если что, так что постарайся не слишком выедать ему мозг своими капризами.
– Я не капризничаю! – надменно задрала нос Лея. Люк лениво повернул к ней голову:
– Поспорим? Вот то-то же! Кстати… Как прошел диспут?
– Замечательно! – широко улыбнулся Джинн, выпрямляясь во весь свой впечатляющий рост. – Просто замечательно! Лорд Акаади оказался великолепным… собеседником. Так интересно и, главное, убедительно рассказывает! Такие аргументы приводит! В общем, боевая ничья, – констатировал джедай, вспоминая вчерашнюю «разминку». Давно он так не радовался жизни! Пусть и рукопашная, но какое же это было наслаждение – встретить хорошего, понимающего соперника! Этого, если честно, не хватало…
– Обязательно надо будет повторить! Люблю дискутировать!
– Учитель тоже любит! – одобрительно кивнул Люк. – Так что, как только возникнет желание подискутировать – обращайтесь!
– Обязательно! – благодарно кивнул джедай. – Кстати… Что это? – Призрак указал на большую плоскую коробку, которую передал Люку тихо вошедший гвардеец. Мальчик довольно оскалился:
– Это подарок! Для прабабушки Винамы, дедушки Руви, ну и для всех остальных!
Наберри, присутствующие в гостиной, переглянулись, отмечая резкое изменение своего статуса. Судя по всему, их признали семьей. Это не могло не радовать. Тем временем Люк разорвал упаковку и извлек на свет божий тонкое деревянное основание, на котором была укреплена чья-то лапа с устрашающими когтями – очищенная от плоти, заботливо отполированная часть скелета.