Меж тем накал страстей набирал обороты. Сидиус намеренно назвал только имена и ничего более, обозначив наличие потомков и их статус. Первая фаза, самая важная. Все гадают, как такое вообще произошло, от кого у Императора сын (то, что женщина носила фамилию Скайуокер, было ясно, но вот подробности?..), и еще вспоминали детали биографии широко известного пять лет назад генерала.
Неясностей была масса, но придворные привычно принялись раскапывать тайны, прорубаясь сквозь отвалы недомолвок, умолчаний, намеренной дезинформации и прочего. Радовала реакция той части зала, где собралась военная элита: гранд-адмиралы, адмиралы, высшие офицеры. Все-таки, что ни говори, но у Скайуокера, как военачальника, репутация была отличная, в противовес очень многим другим магистрам и мастерам.
Джедаи, увы, были великолепными одиночными бойцами, но не командирами, чему было простое и логичное объяснение – их этому попросту не учили, нужды не было. Они не изучали тактику и стратегию взаимодействия групп, их не обучали управлять этими самыми группами, поэтому успехи небольшого числа генералов-джедаев объяснялись исключительно их личностными качествами и врожденными талантами. Кота, Скайуокер, тот же Кеноби…
Остальные таким не заморачивались, да и вообще не обращали внимания на клонов, которыми командовали, за что и поплатились. Тем временем прием шел своим чередом. Массы мигрировали по залу под внимательными взглядами Императора, Люка и агентов СИБ, во главе с Иссардом, который всегда лично присутствовал на таких мероприятиях, не желая, чтобы хоть что-то ускользнуло от его бдительного взора; сновали официанты, разносящие напитки; возле стола с закусками было постоянное движение, люди постепенно образовывали группы по интересам.
– Готов, внук? – Палпатин слегка улыбнулся, еле заметно повернувшись к мальчику. Люцифер сверкнул глазами, от него повеяло жаждой действия.
– Конечно, дедушка… – промурлыкал ребенок, с предвкушением уставясь на бросающих на него осторожные взгляды военных, в стройных рядах которых Люк уже углядел Трауна и Пиетта с Оззелем, чешущих языками.
– Тогда… Вперед, Люцифер.
– Слушаюсь, Ваше императорское величество, – коротко поклонился мальчик, дождался разрешающего жеста Императора и неторопливо направился к фуршетному столу, возле которого и расположились офицеры.
Все-таки военные – сплетники те еще, и новости в их среде распространяются не просто быстро, а очень быстро. Не успел Люк дойти до стола, на котором заманчиво возвышались закуски и сладости, как в рядах офицеров произошли шевеления и на первый план совершенно естественно выдвинулись Траун с Пиеттом. На «Истце» уже успели по достоинству оценить таланты Фирмуса на поприще переговоров с Люком, которого многие воспринимали настороженно, перенося на ребенка мрачную славу его отца, да и о его собственных подвигах не забывая, а уж рассказы служащих «Мести», которым посчастливилось побывать в тот памятный день в доках Куата, и вовсе добавили интереса к персоне мальчика.
Люк только нацелился на горку канапе из мяса с какими-то ягодами, как Пиетт шагнул вперед.
– Здравствуйте, Ваше императорское высочество! – капитан вежливо наклонил голову. – Вам помочь?
– Капитан Пиетт! – расплылся в очаровательной улыбке Люк. – Если вам не сложно… Вот это, и это, и вот это! Что бы это такое могло быть? Выглядит очень забавно! И пахнет вкусно.
– Точно! – согласился Пиетт, подхватывая щипцами канапе и перекладывая их на тарелку. – Прошу.
– Большое спасибо! – Люк попробовал первый микро-бутерброд и довольно кивнул. Пиетт бросил на него внимательный взгляд и ненавязчиво приступил к расспросам.
– Позвольте поздравить вас с официальным выходом в свет…
– Спасибо!
– Сегодняшнее объявление Его императорского величества было крайне неожиданным, – капитан бросил осторожный взгляд на Вейдера, изображающего изваяние возле трона. – Конечно, некоторое время назад появились слухи, но… – Пиетт продемонстрировал всем своим видом, что они – люди опытные, их слухами не проймешь и на мякине не проведешь. Люк доел канапе и отставил тарелку.
– Не слухи. Что есть, то есть. Когда-то отец был известен под этим именем – Энакин Скайуокер.
– В галактике были уверены, что генерал Скайуокер мертв, – Пиетт с интересом уставился на Люка, – но никто не знал, как именно это произошло.
– На самом деле он был практически мертв, – лицо Люка стало холодным, в глазах мелькнула ярость. – Слишком много травм и слишком сильное душевное потрясение. Дедушка вообще не уверен был, что папа выживет.