– Что еще? – поднял бровь Палпатин, невозмутимо пряча руки в широкие рукава очередной роскошной мантии.
– Фрик. Сорок грамм. Поющая сталь. Сорок грамм. Золото. Сорок грамм. Титан. Сорок грамм.
– Всё?
– Всё, – кивнул мальчик, сверля деда взглядом. – Пока только это.
– А что так мало? – насмешливо поинтересовался Акаади.
– Почему мало? – пожал плечами Люк. – В самый раз! Эксклюзив!
– Завтра все доставят, – Палпатин встал, расправил наряд и направился к дверям. – Но я хочу увидеть результат.
– Естественно! – с энтузиазмом закивал мальчик. – И мандалорское железо. Сто грамм.
Император кивнул и вышел, оставив внука радостно потирать ручки. Действительно, на следующее утро Люк, азартно сопя, рассматривал присланное: слитки металлов, и не только тех, что он заказал, и значительно больше, чем он хотел, разложенные по отдельным ячейкам в особом боксе, подписанные, с «инструкциями по применению», так сказать; инструменты, необходимые для их обработки, универсальный станок и кое-какие мелочи. К его апартаментам добавили еще одно помещение, превратив его в мастерскую и снабдив всем необходимым: типа специальных печей, вытяжек и системы безопасности. И звуконепроницаемого покрытия стен, пола и потолка.
Выслушав крайне подробную лекцию о том, что это такое и для чего предназначено, Люк кивнул и бросился все осматривать и ощупывать, знакомясь с оборудованием и прочим, на что ушло еще два дня. После чего работа закипела.
Самое первое, что сделал мальчик – отобрал металлы, предназначенные для лезвия, и вытянул проволоку. Достаточно тонкую, но не слишком – два миллиметра в диаметре. Черное железо, фрик, поющая сталь. Разноцветные спицы лежали на столе, радуя глаз: черный металл, серый, ртутно-серебряный. Всего получилось по четыре штуки каждого вида, которые Люк сложил в пучки.
После чего Силой начал скручивать их, словно канаты.
Процесс шел ни шатко ни валко: Люк переплетал металлы, скручивая их, нагревая в печи, вытягивая в прут, снова скручивая… И обрабатывая чем-то вроде гидравлического молота. Оказывается, такое тоже было, но использовалось скульпторами и ювелирами, впрочем, Люку было плевать: оно работало, и работало как надо. Все остальное – не важно.
Акаади только довольно щурился, смотря, как его ученик плетет из металлических прутьев косички: мастерство мальчика постепенно росло, так же как и раскрывался его потенциал – ведь все манипуляции осуществлялись только Силой, кроме проковки молотом. Через неделю монотонного труда Люк получил небольшой слиток, с которым можно было работать.
Еще через неделю мальчик полировал лезвие специальной пастой, высунув от усердия кончик языка и активно елозя специальной тканью по металлу, после чего, закончив, позвал Акаади. Полюбоваться. Призрак одобрил: лезвие получилось обоюдоострым, не очень большим – двенадцать сантиметров в длину – с красивым узором из завитков, петель и точек, словно тонкие черно-серо-серебристые нити, прихотливо свитые между собой. Еще два дня ушло на рукоять, после чего наступил черед декоративных накладок из золота и прочих украшательств.
Про технику безопасности Люк также не забыл: еще за три дня он сделал из титана и керамостали простой тренировочный нож, красивый, но совершенно тупой – просто волнистая незаточенная пластина и дырчатая позолоченная рукоять. Для учебы – самое оно.
В Силе ножи ощущались интересно. Если тренировочный был самым обычным, то вот боевой… Переплетение металлов с самыми разными свойствами ощущалось как слоеный пирог. Черное железо Силу впитывало, словно черная дыра. Жадно и с готовностью. Представив себе, сколько усилий надо было приложить, чтобы напитать заготовку для меча, Люк уважительно присвистнул, поражаясь упорству, способностям и уровню Силы древних ситхов. Круто, ничего не скажешь! Все равно что Разрушитель напитать, не меньше.
Поющая сталь… пела. По-другому и не скажешь. В Силе она словно слегка звенела и впитывала ее с некоторым трудом. А вот фрик противился напитке, каждую каплю принимая с некоторым отвращением. Словно капризный ребенок, отказывающийся есть кашу. В конце концов он ее съест, но вот сколько нервов окружающим попортит в процессе…
В общем, впечатление нож производил интересное.
Собравшиеся на демонстрацию шедевра Вейдер с Сидиусом и Акаади оружие внимательно осмотрели, прощупали всеми доступными им способами, одобрительно переглянулись, любуясь, как Люк «играет» с ножом.
– Как ты его назвал?
– Бабочка.
– Похоже, – согласился Палпатин, после того как взял нож и повертел его в пальцах. – А Лея себе ничего не отрежет?