Кессель.
Вейдер стремительно шел по прорубленным в теле астероида тоннелям, безошибочно чуя находящихся где-то там, внутри, Светлых. Тьма окутывала ситха тяжелым облаком, сапоги грохотали, мужчина совершенно не скрывал свое присутствие. Следом за ним шли штурмовики. Специальный отряд, сформированный из лучших. Самых сильных, самых быстрых, самых преданных.
Конечно, можно было пойти и одному, но Вейдер решил в кои-то веки этого не делать. И не потому, что опасался нападения… Нет, он банально не хотел, чтобы кто-то сумел удрать. Поэтому все выходы перекрывают отряды, а сам Вейдер идет по следу, словно ищейка, пылая ледяным огнем ярости.
Где-то там, внутри, в заброшенных шахтах, находятся четверо одаренных. Светлых. Четыре джедая… Их яростный свет слепил, вызывая бешеное желание растоптать и погасить это сияние навсегда. Уничтожить. Навеки. Неожиданно ситх хмыкнул. Забавно… А ведь Люк никогда не вызывал в нем такой агрессии. Даже в самом начале, когда он только увидел своего сына, его сияние воспринималось родным. И Лея… Она тоже чувствовалась родной… А эти… Вейдер прищурился и недовольно дернул бровью. Да. Этот Свет вызывал только агрессию, заставляя инстинкты рычать и приходить в полную боевую готовность.
Тьма взвихрилась, собираясь в плотный столб смерча, окутывающий тело мужчины, практически видимый… И вновь растеклась приливной волной, хлынувшей во все стороны. Вейдер удовлетворенно растянул губы под маской: его явно ждали, концентрация Силы резко возросла. Светлые готовились к бою. В груди плеснуло темной лавой, заставив предвкушающе раздуть ноздри. Бой… Как ему этого не хватало! Ощутить яростное упоение схватки, погрузиться в кровавый угар, полностью отпустить себя… Никаких рамок, никаких ограничений… Сладостное безумие… О котором можно забыть. Потерять контроль – смерти подобно. Это значит – пустить дело на самотек, стать уязвимым. А это теперь недопустимо.
Теперь ему есть, для кого жить.
Массивные двери разъехались в стороны от резкого жеста, и Вейдер вестником Тьмы втек в огромный зал, окидывая его внимательным взглядом. Серые каменные стены, грубо отесанные, уносящиеся ввысь, плавно переходящие в куполообразный потолок. Изъеденные ржавчиной, зияющие обвалившимися пролетами лестницы вели к чудом устоявшему металлическому балкону, опоясывающему зал по периметру. Груды хлама, собравшиеся внизу… Мрачное, навевающее тоску место, пропитанное эманациями гнева, бессильной ярости, страха и боли, отчаяния и равнодушия, оставшихся после работавших здесь когда-то заключенных. И четверо ждущих его джедаев. Но среди них нет того, кого он ищет.
– Где Оби-Ван Кеноби? – рокочущий голос ситха прокатился по залу горным потоком. Вместо ответа в полумраке зажглись клинки.
Овации захлестнули Оперу, певцы поклонились, с достоинством и законной гордостью принимая заслуженное восхищение. Палпатин, улыбаясь, повернулся к осторожно хлопающему в ладоши Люку.
– Ты доволен, внук?
Люк задрал голову, смотря на Императора. Лицо мальчика было спокойным, только в Силе дрожало эхо испытываемой им боли. Несколько секунд Люк стоял молча, не шевелясь, ощущая направленные в данный момент прямо на их ложу острые взгляды и терпеливое ожидание Императора. Неожиданно ребенок шагнул вперед, прижимаясь к мужчине и слегка приобнимая его здоровой рукой, в Силе плеснуло благодарностью.
– Спасибо, дедушка. Этот вечер… Опера… Она была просто… Спасибо. Это было именно то, что надо.
Глаза ситха удовлетворенно блеснули золотом, он изящно склонился и ласково поцеловал внука в лоб, всматриваясь в начинающие синеть глаза мальчика. Эмоции окружающих накатили океанской волной, заставив обоих широко улыбнуться. Одобрение, бессильная ярость, ненависть и умиление, восхищение и бешенство. Какой богатый коктейль!
– Ты заставил меня волноваться, внук. Идем… Тебе надо отдохнуть и вылечиться. Через неделю начнутся занятия.
Палпатин подал Люку руку, в которую тот сразу же вцепился, и они вышли из ложи, окруженные Алыми стражами. Идеальная императорская семья. Ситхов.
Коффи плавно отошел влево, поднимая клинок на уровень груди. Сиа так же плавно отодвинулась вправо, голубой клинок загудел, словно злая пчела. Стоящие ближе к стенам Джастус Фарр и Бултар Суон стали неторопливо обходить ситха с боков, пытаясь взять его в клещи. Вейдер только ухмыльнулся под маской. Глупцы. Они даже не представляют, какой сюрприз их ждет. Он уже не та развалина, какой был год назад. Окружающие видят доспехи… И не знают, насколько он изменился. С тех пор как Люк излечил его тело, ситх усиленно тренировался, пытаясь не просто вернуть себе форму, вернуться к тем возможностям, что у него были до ранения… Он хотел превзойти их, выйти на новый уровень. Конечно, протезы немного усложнили эту задачу, но не слишком. Он заменил те, что были, на гораздо более совершенные, довел до ума свой новый стиль боя, тренируясь не только с Алыми и инквизиторами, но и вновь устраивая спарринги с Императором.