Толпа на площади все еще молчала, провожая взглядом взлетающие СИДы, пытаясь осознать произошедшее. Таркин находился у Императора на очень хорошем счету, блага на него и его клан сыпались не слишком часто, но достаточно регулярно для того, чтобы поглядывать на всех остальных свысока. Арест Уилхаффа, да еще и по такой причине, просто не укладывался у людей в сознании. Теперь начнутся проблемы, и хорошо, если вина одного не падет на всех.
– Я волновался, дедушка, – Люк сидел рядом с Палпатином на диване, вцепившись в его руку, не в силах отпустить. Ситх с интересом смотрел на внука, машинально сканируя его разум и оценивая эмоциональное состояние.
– Я видел, как ты волновался, – Сидиус слегка растрепал светлые волосы и приподнял лицо мальчика за подбородок. – Едва не разгромил мастерскую… Однако ты сумел сдержаться. Это радует.
Люк бледно улыбнулся, после чего уткнулся в плечо деда.
– Зачем приходил Йода? Я не верю, что он пытался просто вас убить.
– Правильно не веришь, – одобрительно кивнул ситх. – Как ни крути, но мозги у него были… Йода пришел предложить сделку.
– То есть? – вскинул голову Люк. Сидиус шевельнул пальцами, активируя голопроектор, и перед мальчиком развернулась картина произошедшего в саду…
– …Тоже мне новость.
Два силуэта расплылись в пространстве – пара мгновений, наполненных росчерками алой и зеленой молний, – после чего опять наступила тишина и спокойствие. Йода лукаво сморщился:
– Может и не новость… Однако внука твоего убить упорно пытаются.
Ситх прищурился:
– И вы, магистр Йода, совершенно случайно знаете, кто это.
Джедай хихикнул:
– Не случайно. Сами на меня они вышли. Сами информацию предоставили. Сами на слабости твои указали.
– И кто же это? – медовым голосом спросил Император. – Или тайна сия велика есть?
Рука Йоды нырнула в карман, джедай раскрыл ладонь, демонстрируя лежащий на ней инфочип в специальном футлярчике:
– Всё здесь. Однако взамен хочу я кое-чего.
– Чего именно?
– Джедаи выжить должны. За тех, кто в изгнании, прошу я. Жизнь свою на их обменять я готов.
– Хм…
Сидиус замер, яростно анализируя поступок Йоды, его предпосылки и последствия.
– Внука твоего ведь я пощадил…
Упоминание о Люке заставило ситха вспомнить разговор, состоявшийся недавно. Он хмыкнул, смотря на магистра. Мужчина сверкнул глазами:
– Изгнанники… Что ж, магистр. Вы произвели на меня впечатление. Я согласен. Более того, могу вас обрадовать. Орден возродится, пусть и в другом виде. Люк уже начал этот процесс. Да, магистр. Люциферу принесли присягу уже три мастера-джедая. Три, магистр. И он не требует от них идти путем Тьмы.
Йода дрогнул, испытующе глядя на Сидиуса. Сила билась о барьеры, словно штормовое море.
– Значит, видения мои правдивы были… – проскрипел магистр, печально опустив на миг тяжелые веки. – Дитя возродит Орден. Однако ошибся я, Свет в нем не увидев… Не так ли?
– Именно так, магистр, – голос Императора был полон торжества. – Люцифер оправдывает свое имя. Свет несущий… Даже сейчас, когда он во Тьме. Или… особенно сейчас? Он сияет так же, как и его сестра.
– Пророчество исполнилось…
– Да, магистр. Какая ирония! Он сам рассказал нам. Изначально Люк был полностью светлым, но… Все, случившееся с ним, привело к тому, что он стал Темным осознанно.
– Когда?
– До своего рождения, магистр. До.
Йода опустил голову, признавая поражение. Сидиус с торжеством смотрел на практически поверженного врага:
– Я дам свое слово, что Орден будет возрожден, при условии, что вы, Великий магистр Ордена джедаев, после своей смерти растворитесь в Силе и никогда не будете приходить к кому-либо. Никогда!
– Не слишком ли самонадеян ты, ситх? – исподлобья взглянул на него зеленокожий гуманоид.
– Нет, – отрезал Император. Йода замер, обдумывая предложение, после чего выпрямился и плавно поднял руку с сейбером, вставая в атакующую позицию:
– Что ж… Согласен я на требование твое. Но учти, ситх, коль погибнешь ты, сделка наша расторгнута будет.
– Уж в этом я не сомневался… – мягко рассмеялся Император и бросился в атаку…
Запись закончилась, голопроектор погас, оставив зрителей обдумывать увиденное.
– Йода воистину велик был, – задумчиво прошептал Люк. – Достойный враг. Когда похороны?