Но и оставаться с Кеноби она больше не могла. Женщина понимала, что тот путь, на который встал Оби-Ван, для нее лично не подходит. И уход был самым логичным выходом из сложившейся ситуации, в чем она убедилась, когда ощутила бурю в Силе, вызванную гибелью Йоды. Гранд-магистр ушел достойно, в бою, это магистр понимала совершенно четко и ясно. Бой вызвал небывалое возмущение, эхо от которого донеслось до всех, кто имел уровень, достаточный, чтобы это ощутить.
Тогда Шаак провела несколько недель в практически беспрерывных медитациях, разбираясь в происходящем, но никаких особых откровений не получила. Впрочем, ее это не расстроило. Тогрута понимала, что во всем этом что-то было немного не тем, чем кажется на первый взгляд, а возможно, что и на второй. А может, и на третий. Ведь допустить даже на миг, что Йоду обнаружили инквизиторы, было бы невероятной глупостью. Эхо от боя раскатилось такое, что сразу было ясно: противник у гранд-магистра ему под стать. А таковыми являются только… Ситхи. Те, которые Лорды.
Понять мотивы Йоды всегда было нетривиальной задачей, справлялись с которой считанные единицы, и Шаак самокритично себя к таким уникумам не относила. А уж после уничтожения Ордена ситуация только усугубилась. Поразмыслив обо всем, что произошло, тогрута только укрепилась во мнении, что поступила правильно, решив отойти от противостояния и взять время на раздумья. Что она и делает.
Магистр встала, гибко потянулась и приступила к обеду.
Как ни странно, путешествие в обратную сторону прошло без эксцессов. Голокроны Люк зацапал себе, засунув ситхский в предусмотрительно взятый с собой контейнер, предназначенный для хранения и перевозок ценного, но опасного содержимого. Пробуждать артефакт не хотелось, уж очень перло от голокрона голодным ожиданием. Не хотелось вляпаться по недомыслию. А вот джедайский был вынесен на всеобщее обозрение, хотя тот же Мол смотрел на серебристый кубик как на неимоверную пакость, которую надо прибить и закопать, во избежание распространения заразы.
Светлый голокрон оказался под стать своему темному собрату. Где Дуку смог его откопать, было совершенно непонятно. Выяснилось, что данный экземпляр принадлежал древнему мастеру-джедаю по имени Асли Кримсан. Разговор с хранителем голокрона принес много неожиданностей. Для начала оказалось, что Асли была современницей Андедду и прекрасно знала этого параноика. Вживую джедай и ситх никогда не сталкивались, к их обоюдной радости и счастью окружающих, но Кримсан хватало ощущений, доносящихся через Силу, а также слухов и фактов, чтобы составить полную картину.
Общаться с древним мастером было очень интересно, но Люк отметил, что призрак отличается от Акаади. Ситх был живым. Это была полноценная личность, имеющая огромный опыт и знания, которая к тому же не потеряла способности развиваться. Акаади учил и учился сам, пусть его возможности и были несколько ограничены голокроном. А вот Кримсан… Скорее она напоминала запись или дроида с определенной программой. Когда Люк понял наконец, что ему напоминает поведение хранителя голокрона, то только цинично подумал, что и так неплохо. Проблем меньше. Не хватало только для полного счастья заиметь чересчур бодрую – для давно усопшей – джедайку. Ему и учителя с головой хватает.
Вообще, в последнее время Акаади начал потихоньку закручивать гайки. С чем это было связано, Люк пока не понимал, но ужесточение контроля ощущал всем своим нутром. При этом он видел, что это не банальное проявление садизма, а нечто другое. Своего рода забота. Обдумав эту мысль, Скайуокер только философски пожал плечами: в любом случае, Акаади адекватен и планку повышает постепенно, что не могло не радовать. Есть время привыкнуть. К тому же ему жаловаться грех: Учитель целых два года относился к нему как к ребенку, пусть и очень одаренному.
Марис нервно смотрела по сторонам, ожидая друзей. После Явина все покатилось непонятно куда, жизнь приносила только разочарования и боль. Удрав с кошмарной планеты, некоторое время беглецы прятались, путая следы и трясясь от страха. Было совершенно ясно, что им просто великодушно позволили уйти – по какой-то непонятной причине, – и именно этот факт пугал неимоверно. Почему? Вейдер милосердием и всепрощением не страдает, поэтому подоплека данного решения оставалась загадкой.
Впрочем, слишком упорно они над этим не размышляли, хватало и других проблем. Удрать, выжить, решить, что делать дальше. Проблемы росли и множились. Нужно было зарабатывать деньги, ведь Сила – Силой, а есть что-то надо, и желательно – каждый день. Пришлось наемничать, но даже этим они занимались с оглядкой – не дай Сила, кто-нибудь догадается о том, что они бывшие джедаи. А примкнуть к кому-то… Ведь не было гарантии, что им повезет. Эти два года основательно истрепали нервы падаванов, пока в один далеко не самый прекрасный день Марис не впала в истерику. Седдвиа пыталась утешать подругу, Джирро молча сидел в углу, размышляя.