А все потому, что Гранджер поспешил отдать приказ о перемещении «Патриота», нарушив тщательно выверенный план, попытался нивелировать спешку другим распоряжением, а в итоге…
– Адмирал Гранджер, вы меня разочаровали, – в густом голосе Главнокомандующего звучали металлические нотки. – Вы позволили уйти преступнику. Причина – ваша некомпетентность.
– Милорд, – дрожащим голосом начал Гранджер. – Я…
Слова перешли в хрип. Вейдер сжал руку в кулак, равнодушно наблюдая, как хрипит, царапая горло, тот, благодаря кому удрал Гарм. Адмирал побагровел, силясь сделать хоть глоток так необходимого ему сейчас воздуха, но кулак сжался плотнее, раздался хруст, и тело мужчины упало на пол.
– Извинения приняты, – прозвучал равнодушный бас в наступившей тишине. – Капитан Найвер, примите командование. Ставлю задачу – найти Иблиса.
– Да, милорд!
– Куда теперь, Гарм? – пилот повернулся к кореллианцу, развалившемуся в кресле со стаканом виски.
– Ланник. Там нас никто искать не будет, кроме того, – глаза мужчины блеснули, – есть шанс получить помощь.
– Как скажешь, – пожал плечами Дирит, прокладывая маршрут.
Пожилой мужчина человеческой расы, полностью седой, но все еще легкий в движениях, слабо улыбнулся, пытаясь приободрить неторопливо идущую к нему девочку. Она медленно, крайне осторожно делала шаги, держась одной рукой за стену дома, а второй опираясь на самодельную трость. Ноги девочки заплетались, было видно, что она их практически не контролирует, но пока она упорно продвигалась к столику, мужчина подбадривал ее, мастерски скрывая свое отчаяние и боль.
Наконец девочка дошла и тяжело плюхнулась на табурет, отставив трость в сторону.
– Молодец, Налли, – тепло улыбнулся мужчина. – Ты сегодня совершила настоящий подвиг.
Девочка бледно улыбнулась, вытирая вспотевший лоб платком.
– Сегодня я прошла на два шага больше, дедушка Корвин! – не удержалась Налли, хвастаясь. Мужчина кивнул:
– Ты у меня умничка. Я лекарство привез, врач клялся, что это просто чудодейственное средство! А пока давай чаю выпьем. Я еще и булочки привез, какие ты любишь. И Фейма позови, а то он так и просидит в доме весь день, а ведь погода сегодня отличная!
– Конечно, дедушка, – кивнула девочка. Мужчина потрепал ее по кудрявой голове и направился на кухню, готовясь накрывать на стол. Тем временем к Налли присоединился ее старший брат, высокий тощий мальчишка угрюмого вида. Он кивнул Корвину, сухо клюнул в щеку сестру, изображая поцелуй, и принялся жевать булочки, без особого на то аппетита. Девочка щебетала, Корвин поддакивал и в нужный момент задавал уточняющие вопросы.
Ветерок шевелил траву и ветви деревьев, росших неподалеку от дома. Мужчина помог Налли прилечь на топчан, вернулся за стол и подпер голову руками. Мысли бывшего рыцаря, входившего в Корпус обслуживания джедаев, были невеселыми.
Налли опять заболела. Только-только, казалось, оправилась, и на тебе, снова обострение. А лечение стоит дорого, слишком дорого для изгнанника, нашедшего в свое время убежище на этой планете. Хорошо хоть, климат здесь мягкий и теплый, а он за свою жизнь нахватался достаточно знаний, чтобы суметь вырастить что-то съедобное на огороде и в полудиком саду.
Пусть силенок у него маловато, зато есть эти знания, упорство и желание помочь найденным когда-то в трущобах детям. Их надо лечить. Что малышку Налли, у которой плохо ходят ножки, – явно поражение центральной нервной системы, – что Фейма, трясущегося в лихорадке. Жизнь на улице, на помойке, никому здоровья не добавляет, а уж детям тем более. Сколько лет прошло, но прогресса практически нет, доктора разводят руками, лечение требует средств, а пытаться помочь Силой… Он пытался, но дар целительства у него отсутствует, хотя его внукам, пусть они и не родные, и этого хватило, чтобы немного поправиться.
Они тоже одаренные, хоть и слабенькие, но в любой больнице проведут тест, и тогда… Инквизиторий не пропустит даже эту призрачную угрозу. А позволить им погибнуть… Нет.
Дети пригрелись на топчанах, сделанных руками мужчины, а Корвин все обдумывал варианты того, что же он может предпринять.
– Великая Сила… Все бы отдал за возможность показать их целителю. Настоящему, а не криворукому тупому самоучке, как я, – прошептал джедай, вздыхая. Он еще долго сидел, пока солнце не покатилось на убыль. Потом был ужин, все легли спать, но старик долго ворочался на кровати, пытаясь подавить внезапно зашевелившуюся в груди надежду. Ведь помощи ждать неоткуда.