Последними «Беспощадный» покинули джедаи, за которыми прибыл Кенто Марек. Они улетели буквально за пару часов до пробуждения Люка.
В ответ на это Скайуокер только вяло махнул рукой, облегченно выдохнув про себя. Если честно, он был рад внезапно наступившему одиночеству – Тени и Белена не в счет, их присутствие Люка никогда не напрягало, только успокаивало. А уж в свете еще одной потрясающей новости, сообщенной Дамином, спокойствие ему необходимо, как воздух.
– Еще раз.
– «Приветствую, милорд! На Кашиике творится странное: штурмовики на моих глазах угнали толпу вуки непонятно куда. Пошел за ними. Не поминайте лихом. Хан».
– М-да… Если я не вернусь из боя… – иронично дернул бровями Люк, вспоминая практически забытый анекдот, – считайте меня имперцем. А если да – то нет. Соло в своем репертуаре, «Сокол» его конкретно в темечко клюнул, вон как на подвиги потянуло. Дамин…
– Милорд?
– Сводку по губернатору Кашиика и всему, что с ним связано. Тайке…
– Милорд?
– Сообщите адмиралу, что мы меняем курс. Мне нездоровится, а лесной воздух крайне положительно влияет на самочувствие.
– Конечно, милорд. Здоровье – превыше всего.
– Именно. Но прежде я свяжусь с Императором. Также: анализ рабских рынков – меня интересуют вуки, – и принесите планшет с базой данных по Ордену джедаев. Хочу кое-что проверить, а то меня терзают смутные сомнения… И Энсина ко мне. Где эта железяка?
– Докладывает Лорду Вейдеру.
– Опять треплется? Вырву вокодер к хаттам. И руки-ноги местами поменяю, будет прикольно.
– Зачем так жестоко, милорд? Бедняга ужасно переживал.
– Белена, – улыбнулся Люк, наблюдая, как женщина плавно несет поднос с обедом.
– Милорд… простите меня, – домоправительница встала на колени, прижимаясь лбом к исхудавшей руке подростка. – Я должна была понять! Я…
– Ты ни в чем не виновата, Белена, – Люк с трудом сжал плечо блондинки, тут же поспешившей помочь ему нормально сесть. – Я сам понял уже в самом конце, когда все было сделано.
– Как вы? – женщина установила столик-поднос и села на кровать, с искренней заботой рассматривая изможденное лицо подопечного. Выглядел подросток паршиво: он сильно исхудал, лицо напоминало восковую маску, под глазами залегли глубокие тени. Двигался Люк очень осторожно и с заметным трудом. Радужка глаз была привычного голубого цвета, но белки покраснели от полопавшихся сосудов.
– Жить буду, – пожал плечами Люк, набрасываясь на еду: кусок печеного мяса и бульон с зеленью. Поев, он решительно откинул одеяло и встал на неверные ноги.
– Белена. Подбери мне одежду. Надо поговорить с Владыкой.
Дарт Сидиус, Император и Темный Лорд ситхов, молча смотрел на закончившего отчет внука. Наследник пережил очередное покушение, загнавшее его таки в могилу: после прочтения отчетов медиков один из тренировочных залов, построенный с учетом присущего ситху в некоторых вещах темперамента, пришлось закрыть на капитальный ремонт. Хорошо, что читал там, а не в кабинете! Как чувствовал… Впрочем, действительно чувствовал.
Когда Узы дрожат и рвутся с ясно слышимым звоном, в груди болит так, что не продохнуть, а Тьма заволакивает сознание, то тут сразу понимаешь – все очень плохо.
Два раза останавливалось сердце, которое не могли запустить ни дроиды, ни медики… Люк сам заставлял его биться, безумный, не понимающий, где реальность, а где бред, ориентирующийся на Силу Леи, как на путеводную звезду, ведь яд разрушил все, что только можно, включая и его и так нестабильный разум.
Вейдеру было проще: он как раз спустился на планету, не в силах выносить ожидание, неизвестность и кошмарные ощущения, приходящие по связи с сыном, и прошелся карой божьей по бунтовщикам, вздумавшим диктовать свои условия Империи и лично ситху. Теперь на месте побоища – спекшаяся в стекло земля, ставшая братской могилой для слишком наглых, но очень вовремя подвернувшихся под руку идиотов, решивших, что могут убить ситха, полностью отбросившего контроль.
Сидиус сына даже не пожурил… Сам искренне жалел, что не мог принять участия. Впрочем, обмороки и инфаркты в приемной Императора в те дни случались один за другим.
– Сколько времени тебе понадобится на реабилитацию?
Люк поджал губы, раздумывая.
– Если не принимать особых мер, то несколько месяцев. Не меньше трех. Полгода.
– А если принять? – приподнял четко изогнутую бровь Император.
– А если принять, то этот срок уменьшится в несколько раз.