– А что тут еще сказать? Нас ждут перемены.
– Большие перемены, – подтвердила вернувшаяся Маравва, кокетливо поправляя прическу. – Судя по слухам, что-то происходит.
– Что-то связанное с предыдущим хозяином пафосного креслица? – невинно осведомился Кенто, игнорируя укоризненные взгляды товарищей. – Что?! – удивился мужчина. – Наш Повелитель отлично знает, что я думаю.
– В этом я не сомневаюсь, – саркастически фыркнул Корвин, поправляя лезущую в глаза прядь седых волос. Стоящая рядом Налли закатила глаза, но промолчала: постоянное общение с Люцифером в качестве ученицы приучило будущую звезду на поприще целительства к сдержанности.
Траун молча смотрел на ту, что почти очаровала его. Потерявшая весь свой лоск и все достоинство женщина обмякла на массивном металлическом столе, тяжело дыша. Непрерывные допросы в конце концов сделали свое дело: чисска сломалась.
Как и подозревал Траун, их встреча была не случайна. Женщина оказалась прекрасно подготовленным агентом, но ее таланты были довольно специфичны. Нарритт'рисса'мир действительно была уроженкой Чисского доминиона, но ее семья стремительно утратила свои позиции, попытки вернуть их привели только к ухудшению ситуации, и даже таланты Триссы оказались не востребованы. И когда она свалилась на самое дно, неожиданно пришла помощь.
Триса получила возможность вернуть себе и семье потерянное, при условии, что сумеет провести время в компании адмирала Трауна, своего бывшего соотечественника.
Она не должна была вредить, мешать или делать что-то подобное, только осуществлять наблюдение. И анализ.
– Крепкий орешек, – уважительно произнес Иссард, бросая последний взгляд на датапад с данными допроса. – Но недостаточно. Адмирал… – разведчик поклонился и, переглянувшись с дочерью, собрал все необходимое для доклада Императору.
– Господин Иссард… Госпожа Иссард…
Дверь захлопнулась за Армандом и Исанне, Траун повернул голову, рассматривая замученную женщину. Агент, вот только совсем не тех, о ком они подумали.
– Это означает войну, – холодно произнес мужчина, щуря багровые глаза. На столе медленно умирала агент вонгов.
Оби-Ван вздохнул, стряхивая с себя транс глубокой медитации. Мужчина моргнул, осмотрелся, плавно встал, потягиваясь, разминая мышцы. Вокруг неторопливо переговаривались ученики, обмениваясь впечатлениями.
Кеноби прошел в кухню, поставил чайник, готовясь побаловать себя чаем, первой чашкой за день. Аромат напитка защекотал ноздри, магистр подхватил чашку, вышел на террасу, любуясь прекрасным пейзажем. Сила тихо напевала, что все в порядке, что он идет в правильном направлении.
– Ах, Йода… – тихо вздохнул Кеноби, делая глоток. – Столько лет ты проповедовал безмятежность и прочие истины, столько лет ты вел Орден по той дороге, что считал единственно правильной… Столько лет ты отпускал всех и всё вокруг себя, однако… Оказалось, что желание мести может поразить даже девятисотлетнего гранд-магистра. Какая ирония, не так ли? Ты вел и наставлял нас, и вот результат: джедаи стали самодовольными и слепыми к своим недостаткам.
Мужчина допил чашку и отставил в сторону.
– Мне жаль, что вы погибли, но мне не жаль, что все закончилось именно так. Закономерность. К сожалению… И я рад, что нашел в себе мужество уйти от старых ошибок. Прощайте, гранд-магистр Ордена джедаев. Пусть Сила будет с вами… И пусть она будет с нами. Я видел последствия своего решения. Теперь у нас есть шанс. И если для этого я должен встать плечом к плечу с теми, кого джедаи веками считали своими врагами, значит, так тому и быть. Думаю, Люцифер рассуждает таким же образом. Судя по всему, Сидиусу не удалось его сломать. Парень имеет голову на плечах и думает ею, не подчиняясь слепо древним догмам. Хороший пример, который стоит взять на вооружение. А уж в свете моих видений…
Кеноби подхватил чашку, направляясь за следующей порцией напитка, размышляя о видениях, преследующих его с самого раннего детства. Небо в огне. Когда-то он думал, что видел гибель Храма и Ордена, но анализ воспоминаний показал, что он ошибался.
Эта опасность только надвигалась, и Оби-Ван понятия не имел, что это. Хотя догадки были. Жизнь в бегах научила прислушиваться к шепоту и слухам, просеивать небылицы и откровенное вранье в поисках крупиц полезной информации. Долгие годы на окраинах позволили увидеть и узнать многое, а в последнее время появились смутные намеки, что кто-то мутит воду, подстрекая мятежи.