— Ты ничего не перепутал?! Она моя! Девушка! - рыком Димитрий откинул в сторону это безобразие так, что тот от удара о землю, перестал шевелиться.
Вера стала пятиться назад от испуга, разве может человек так отшвырнуть другого? Он что, убил его? Вот этого еще ей не хватало, иметь на своей совести бездыханное тело.
Вампир подошёл к нему, наклонился и пощупал пульс, сказав, что тот всего лишь потерял сознание, словно прочитав мысли Вероники. А она уже была далеко, точнее снова кинулась бежать, все оглядываясь.
Теперь она бежала босиком, словно на марафоне. Запыхавшаяся и испуганная, она то и дело постоянно оглядывалась назад, словно в ужасном сне. Да и к дому она все никак не может выйти, ведь он должен быть где-то рядом, неужели она свернула не туда?
Сзади послышался шум приближающийся машины, которая с визгом остановилась около неё.
— Вера, послушай, - пытается говорить мягко Димитрий. — Я могу все объяснить тебе.
— Нет! - громким криком она отрезала. — Уходи туда, где все это время ты пропадал! Ещё чуть человека не угробил!
— Вера успокойся, он всего лишь потерял сознание. Неужели его тебе жаль после того, что он натворил? - выходя из машины направился в ее сторону.
И действительно, почему ей должно быть его жаль, ведь он жив в конце концов. С одной стороны так ему и надо, но смерти все же его не хотелось. Не хотелось нести тяжелый груз на душе, чувствуя за это свою вину.
И пока она стояла истуканом в раздумьях, он не теряя времени вышел из авто хватая быстрым движением на руки понес к машине, усаживая на переднее сиденье опешевшую Веру.
— Что ты себе позволяешь?! - смотрит пристально и гневно в его глаза, будто пытается сжечь на месте. — Исчезаешь непонятно насколько, без "до свидания " , а потом появляешься без предупреждения! Совесть у тебя есть? Тебя не было так долго, а теперь ты заявляешься и запихиваешь к себе в машину как ни в чем не бывало. Где ты вообще был? - такая обида её переполняла, что сейчас она думает о том, и вообще проклинает тот день, когда они встретились. Возможно сейчас, она была бы не так раздавлена.
— Верочка,- он берет её руку в свою ладонь и тянет к губам для поцелуя, — пойми, я не мог поддерживать связь с тобой. Это могло стоить мне твоей жизни. Сейчас это сложно обьяснить, но дай мне время, я тебя прошу. Просто ты сейчас не готова....
— К чему это я не готова? - злость и обида начинает брать вверх. Что это за сложности у него такие, что не может ей объяснить?
— Но я был всегда рядом, я знал, где ты и с кем. Даже сегодня я... присматривал за тобой, - до сих пор не выпуская руку девушки, оправдывался Димитрий.
— Ты не ответил на вопрос, и то есть, сегодня можно было подойти? - Вера выдернула свою руку, хоть и не хотелось. Чувствовать его тепло и прикосновение спустя долгое время, это как получить дозу после долгого перерыва. Но обида берет верх.
— Поэтому я здесь. Я заберу тебя с собой туда, где ты будешь под постоянным присмотром.
— Я что, маленький ребёнок, чтобы за мной вести контроль?
— Нет, Верочка, не ребёнок, но опасность тебе грозит, и это из-за меня, - эмоции веры хорошо улавливаются, и если сейчас её не успокоить, то дальше это сделать будет ему труднее.
— Останови машину, - холодно отрезала девушка. Все эти слова из уст Димитрия казались полным бредом. Можно было сразу все обьяснить. Было бы легче переживать разлуку.
— Я прошу тебя, успокойся.
— Останови машину!!! - еще громче закричала девушка.
И Димитрий тормозит, так, что та рывком подается по инерции вперёд. Выходит из машины и идет вперед. Вовремя она попросила его остановиться. Дом уже за углом, так что один плюс был. Ей не пришлось тащиться так далеко, мучая свои ноги.
Димитрий не стремился её догонять, чем Вера была немного опечалена. Вот и весь его энтузиазм пропал. Хотя, может он просто решил дать ей время успокоиться? Вера хоть и была на эмоциях, но здравый смысл тоже не пропал окончательно.
Но об этом он мог сказать и раньше, намного раньше. Она бы не терзала себя сомнениями, "почему и от чего". Просто бы ждала в надежде на то, что у них есть хоть какое-то будущее.
Вот она уже на крыльце своего дома. Немного постояв в темноте, сквозь которую пробивался лунный свет, и послушав пение сверчков, вставила ключ в замочную скважину. Звук открывающейся двери эхом прошелся по темной квартире. Толчок. И вот она снова стоит прижата к стене спиной. Но на этот раз это стена её дома и мужчина, прижимавший её, не настолько противен, точнее совсем не противен.