— Просто маленький Денис не сын Короля.
— Ах, как? — ахнула Люда и прикрыла рот ладонями. — А как ты узнала? Ты что, разговаривала с ним?
— Нет, конечно, я давно об этом знаю. С тех самых пор, как наши дети в одном отделении лежали.
— Так это же года два назад было! Если не больше. И ты… ты молчала?
Валя развела руками и с укоризной глянула на Люду:
— Люд, это была не моя тайна. И несмотря на всё, что мне сделали эти двое, это их жизнь, которая меня совсем не касается.
— А как ты узнала?
— Просто сложила два и два.
— И получила восемь! Давай, рассказывай.
Валя улыбнулась:
— Людка, ты неисправима. Ты помнишь, как мы все становились невольными донорами, когда работали в госпитале? Вот так и получилось, что мы с Верой кровь сдавали в одну смену, потому что понадобилась именно первая отрицательная. И я знаю точно, что у Короля тоже первая группа крови.
— И какая же группа у сына? — тихо спросила Лариса Евгеньевна.
— Вторая, — с усмешкой ответила Валя.
— А что это значит? — заинтересовано спросила Ирина Павловна.
— У родителей с первой группой крови дети рождаются только с этой группой, только резус может не совпасть, — тихо прошептала Люда. — Законы генетики ещё никто не отменял. Валентина, ты мой кумир! Хрена с два я бы промолчала!
— Это была врачебная тайна, Люда, просто в разговоре одна медсестра ненароком её выдала.
— Ну, думаю, что это не вся правда. — Ирина Павловна хмыкнула и спокойно добавила: — Там ещё такой шлейф из алкогольных паров каждый день, что постоишь рядом — можно закусывать. Офицеры между собой поговаривали, что оперировать уже не мог, руки дрожали, поэтому и бился во все двери — место себе искал хлебное. Теперь вот будет бумажки перекладывать со стола на стол. А судя по всему, с таким руководством, какое к власти пришло, именно этим и будут там заниматься. Хочется надеяться, что это ненадолго.
Валя согласно кивнула и тихо попросила:
— Давайте сменим тему. Поверьте, этот человек и его окружение не стоит ни минуты нашего с вами времени.
— Поддерживаю, — отозвалась Люда, внимательно следя за подругой. Прошло уже столько лет, а Валюша до сих пор передёргивает плечами при упоминании бывшего мужа. — Поговорим просто о мужчинах.
— А чего про них говорить? — Лена задумчиво посмотрела на стол, потом махнула рукой и уже громче заявила: — Лучше поговорим о деньгах.
— А о них чего говорить? — Люда пожала плечами. — Я когда зарплату в руках держу, думаю только о том, что принцип её начисления базируется на одном условии — чтобы желание убивать было, но на нормальное ружьишко не хватило.
— Люда! — одновременно воскликнули все находящиеся на веранде женщины и громко рассмеялись.
— А чего сразу Люда? — Воеводина сложила руки на груди и продолжила: — В магазинах пусто, жрём что ни попадя. Одеваться красиво хочется, но не можется. Благо мама у нас может даже дырку от бублика спицами связать, а потом крючком облагородить. Мне на работе одна медсестра как-то сказала: «Мне бы ваши проблемы!» Да ради бога, забирайте! Самовывоз и регулярное пополнение ассортимента гарантированы!
— Ну, как говорят, чужую беду руками разведу. Все хотят изменить эту жизнь, но как? — Лена развела руки в стороны и сжала губы.
— Да, правда, пора что-то менять в своей жизни, — тут же отозвалась Людмила. — Животных жалко.
— Каких животных? — удивлённо спросила Рената Дмитриевна.
— Летающих. Меня вчера укусил комар и его вырвало.
— Люда! — опять раздался дружный женский крик и смех.
— Так, меняем тему обратно. Мужики мясо несут!
Мужчины поднимались по лестнице, расставляли тарелки с дымящимся мясом, рассаживались за столом рядом со своими женщинами. Валик обнял Валю и оглядел друзей.
— Миша! Наденька! К столу! — Марина Михайловна подозвала внуков, помогла помыть руки и усадила их рядом с собой, давая возможность родителям отдохнуть.
Алексей встал, поднял бокал с вином и обратился к гостям:
— Я хочу сказать, что ещё пятнадцать лет назад никто из нас и не помышлял, что судьба распорядится нашими жизнями именно так. Что мы станем теми, кем стали. Что у нас будут любимые жёны и не менее любимые дети. Что каждый из нас в своё время снимет погоны, оставаясь при этом честным человеком. Что один мой друг взвалит на свои плечи заботу о нашем общем деле. Что я буду ждать, когда другой мой друг всё-таки придёт работать ко мне в больницу. И пусть перемены в твоей жизни и их причина, Валька, не такие уж приятные, я хочу сказать, что верю в то, что мы сделаем из нашей больницы, из твоего нейрохирургического отделения такое, что люди будут ехать к нам со всего бывшего Союза. И надеюсь, что это время придёт очень скоро.