Затем я потянулась за лейкопластырем, но он вдруг перехватил мое запястье. Я в недоумении подняла на него глаза и напоролась на тяжелый, горящий взгляд. Сглотнув, замерла с безумно колотящимся сердцем, глядя на Феликса как кролик на удава.
Он же обхватил меня и второй рукой, уже за талию, и порывисто притянул к себе. И тут же впился в мои губы, в одно мгновение выбив у меня из легких весь воздух.
Он целовал так, будто вымещал на мне всю свою ярость. Или как будто дорвался наконец. Целовал жадно, жестко, с каким-то исступлением, с силой вжимая меня в себя.
А потом… я и не поняла, как стала ему отвечать так же неистово, прихватывая пальцами волосы на затылке, стискивая их в кулак. И сама внутри вся горела и дрожала, забыв обо всем на свете.
Не разрывая поцелуя, Феликс подхватил меня под ягодицы и усадил поверх стиральной машины, а сам вклинился между моих бедер. Я не заметила, когда он успел избавиться от своих джинсов, лишь почувствовала, что его плоть настойчиво упирается в меня, и дрожь стала просто невыносимой. Низ живота налился горячей тяжестью. С моих губ сорвался сдавленный полустон, когда он вошел, сразу и целиком, а внутри всё сладко и нетерпеливо сжалось.
Кажется, я кусала губы и впивалась ногтями в его плечи. И еще бормотала что-то бессвязное, совсем себя не контролируя. Пока напряжение не достигло пика и не разорвалось слепящими искрами…
__________________
Дорогие читатели, хочу представить вам следующую книгу нашего литмоба. Это огненная история Валерии Ангелос и Рины Каримовой ЧЕЧЕНЕЦ
— Задом тебе идет, — раздается хриплый мужской голос. — Так будешь отрабатывать?
Застываю. И буквально ошпаривает, когда понимаю, в какой позе меня застали.
— Что отрабатывать? — спрашиваю нервно.
— Тебе виднее, — следует ледяной ответ, а горящий взгляд вбивается в меня так выразительно и жестко, что забываю дышать. — Думала, можно так просто в мою комнату забраться?
Тамир Амаев. Главный отморозок в универе. Характер у него взрывной. Никто не рискует перейти ему дорогу. Даже самые отбитые мажоры из элиты стараются держаться подальше.
А я… случайно вломилась в его комнату и привлекла внимание.
Теперь Амаев нависает надо мной. Загоняет в угол.
— Я лучше пойду, — выдавливаю с трудом.
Он оскаливается.
— Не торопись. Ты уйдёшь, когда я с тобой закончу.
ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ: https://litnet.com/shrt/bEFf
21
Я опередила Феликса всего на несколько секунд. Едва стихли сладкие судороги, прошившие мое тело, как он рывком вышел из меня и замер, запрокинув голову. Протяжно, шумно выдохнув, выстрелил прямо на мой живот теплыми белесыми каплями. Потом опустил на меня совершенно шальной взгляд и прошептал с пьяной улыбкой на губах:
– Это был космос, принцесса.
Затем наклонившись, оставил на губах долгий поцелуй и прижался взмокшим лбом к моему лбу. Некоторое время так и стоял, держа меня в кольце рук и потихоньку выравнивая дыхание.
Я тоже постепенно приходила в себя, чувствуя, как в теле медленно остывает удовольствие.
От его заманчивого предложения принять душ вместе я отказалась. Так что Феликс пропустил меня вперед смыть с себя следы его страсти. Сам же потом намывался не меньше полутора часов. Я уж думала, не уснул ли он там, в душе. Но вновь к нему врываться уж не стала, хоть он и не запер дверь на защелку.
Вышел он, как и в прошлый раз, в одном лишь полотенце на бедрах. Я увела его на кухню, налила чай, поставила перед ним блюдо с яблочным пирогом.
– Ух ты, – приподнял он брови в приятном удивлении. – Сама пекла?
– Конечно, сама. Кто ж еще?
По его самодовольной улыбке я поняла: сейчас что-нибудь этакое выдаст. И точно выдал:
– Выходит, ждала меня, готовилась, старалась… – подщурил он насмешливо глаза.
В душе я смутилась, конечно, потому что Феликс угадал – да, ждала. Чуть не извелась вся. Но ему это знать необязательно. Так что, состряпав покерфейс, я просто подыграла ему:
– Да, а потом весь вечер от окна не отходила, все глаза проглядела, тебя ожидаючи.
Он рассмеялся.
– Кстати, вкусный, – попробовав, оценил он мои кулинарные старания.