А потом вдруг появился он. Мой невозможный Феликс. Я даже сморгнула, решив, что он мне уже мерещится. Однако это был действительно он, собственной персоной. В своей неизменной кожаной куртке и джинсах. Волосы слегка встрепаны, глаза сияют азартом, на губах самодовольная улыбочка.
Сердце у меня, конечно, подпрыгнуло к самому горлу и давай бесноваться от радости. Но я лишь едва улыбнулась ему в ответ и тихо сказала:
– Нам нельзя отвлекаться на личное. Менеджер может по камерам увидеть…
Феликс на миг скроил понимающую гримасу, а потом с ослепительной улыбкой спросил:
– Девушка, помогите мне выбрать что-нибудь удобное и стильное?
– Феликс… – зашипела я, но он лишь вопросительно приподнял бровь.
Ну ладно, усмехнулась я, будет тебе удобное и стильное.
Я подобрала пару толстовок и худи. Он уже ждал меня в примерочной без куртки, которую небрежно бросил на банкетку. Я хотела всучить ему плечики с одеждой и уйти, но он поймал меня за руку.
– Девушка, куда вы? Мне необходима ваша помощь. Один я не справлюсь, – говорил он, а у самого глаза смеялись.
Он быстро стянул с себя футболку и надел протянутую мной толстовку.
– Ну как?
– Шикарно, – ответила я.
– Значит, надо брать.
– Ты цену видел? – шепотом спросила я. – Вот эта стоит двадцать две, а эта – двадцать семь.
Феликс вынырнул из толстовки, швырнул ее к своей куртке и притянул меня к себе. Я и охнуть не успела. Прижал к голому торсу и тут же стал нагло и жадно целовать.
– С ума сошел, – залилась я горячим румянцем.
– Я соскучился.
– Меня же уволить могут!
– И это будет самая большая потеря, – насмешливо бросил он. Но из объятий выпустил и даже начал одеваться.
Я выскочила из примерочной с пылающими щеками. Надеюсь, менеджер ничего не заподозрила.
Вернулась за свою стойку. Минутой позже туда подошел Феликс со всей этой кипой одежды и, сгрудив ее, беспечно заявил:
– Упакуйте, пожалуйста.
– Всё? Ну ладно, как скажете.
Расплатился он картой и, подмигнув мне, забрал пакеты и ушел.
Однако, стоит признать, его появление хорошенько меня взбодрило. Я и забыла о своей хандре.
На следующий день была суббота. И первая мысль, с которой я проснулась, появится ли сегодня Феликс.
Если появится, то я все же поговорю с ним. Деликатно, без нажима и давления. Просто спрошу у него, кто мы друг для друга. Какие у нас отношения? Ну и объясню ему, что меня не очень-то вдохновляет вот такое подвешенное состояние. Если мы встречаемся, то мне бы хотелось знать о нем чуть больше. Ну и хоть какой-то определенности тоже хотелось бы.
Я даже речь приготовила и отрепетировала.
Феликс приехал около шести. И на этот раз он и правда приготовил мне сюрприз. Отвез меня на Останкинскую башню. Когда-то в моем далеком детстве мы здесь были с мамой. Она вообще любила водить меня по разным познавательным местам. Но именно тот поход мне запомнился особенно. Правда, больше всего мне в память запало то, что мы потом сидели с ней в ресторане, ели вкуснейшие пирожные и созерцали город с высоты птичьего полета. Еще и ресторан этот вращался по кругу как большая карусель.
Не так давно я рассказывала об этом Феликсу. И надо же – запомнил.
Мы дважды прошли досмотр – я и подзабыла, что контроль здесь похлеще, чем в международном аэропорту. Миновали галерею звезд. Затем поднялись на скоростном лифте на самый верх.
Я крутила головой по сторонам в восторге от нахлынувших впечатлений и пыталась узнать что-то знакомое. Дергала его раз за разом со словами: «О! А вот это я помню! А вот на этот стеклянный пол я боялась наступить, а мама меня уговаривала…».
Феликс слушал меня с благодушной, слегка снисходительной улыбкой.
Потом мы спустились в ресторан «Седьмое небо». В золотой зал. Есть я не особо хотела, так что заказала что-то наобум. Феликс, по-моему, тоже.