И потому я не имею права сдаваться. Ради него, ради семьи, друзе и невинных, что имеют право на жизнь.
Вот!
Ловите мой свет, малышки и крошки! Я с вами! Я вас не брошу!!! Вместе мы вырвемся из заточения!
Словно целая вечность прошла под взглядом этих широко распахнутых оленьих глаз цвета луны. И в какой-то миг ее мордашку украсила шаловливая гримаса и высунутый как у ребенка язычок. Она подмигнула и отвернулась, возвращаясь в облик почти степенной и статусной, как и все тут дамы. Но выходило крайне неудачно, что не могло не вызвать улыбку.
Я была уверенна, что валькирия улыбалась. Улыбался и суровый мужчина, прикрывавший ее от всех и вся. Перебросившись несколькими фразами с серафимой и приветственно поклонившись той, что с ряженой она взяла белый мешочек, что выудил откуда-то ее спутник, и жестом пригласила женщин отойти.
Они долго беседовали, рассматривая что-то и тихо споря. Понятное дело, что услышать о чем велся разговор не представлялось возможным, дабы их укрывало сразу несколько непроницаемых щитов. Я насчитала девять.
Пока велись дебаты на не совсем неизвестную тему, но вполне четко предполагаемую сферу в которую она могла бы войти, пользуясь предоставленным обзором я смогла оценить примерно масштабы планируемого мероприятия по участникам.
Итак, что мы имеем: маги, две штуки (занесло их, судя по дальнейшему раскладу, сюда их чисто случайно), драконы – четыре штуки, а именно Виран, его родители Оникс, Сиотвия и кузен Гейсир; эфиры: две штуки – в наличие имеются Владыка царства ( судя по серебру и золоту узора на груди доспеха) и Наследник, цесаревич ( это уже по внешнему сходству с серафимой и чисто академическим знанием о его наличие у правящей четы Царства); три трехликих оборотня: Гектор, его отец Тимферн и неизвестный мне бородач к которому все с явным почтением относятся. Значит весьма весомая фигура; один очень странный субъект неизвестной мне расы – одна штука; эльфийка – одна штука. И что тут забыла мама Гектора? Он же с ней знаться не желает…. Кровные узы, наверное, призвали. Или еще что-то. Потом спрошу.
Собственно три девицы под щитами. Силой богами щедро одаренные.
И мы в моем теле. Я, валькирия, тьма, сколько душ и один темный, промораживающий сгусток чужой энергии.
Весьма внушительна компания,
А может не совсем плохо, что мы в мертвых землях оказались?
- и вовсе не плохо, что эту пустошь выбрали, - словно вторя моим мыслям, шепчет валькирия, поднимаясь с колен. Аккуратно, лелея болящую руку.
25.
Совет трех достаточно быстро окончился и двое направились в сторону ожидающих. А беловолосая красавица со смуглой, бронзовой как от загара кожей и серебристыми глазами пошла на встречу в валькирии, что все так же держалась особняком. За спиной ее реяли призрачные, еле видимые сотканные из серебристого света крылья.
Краем глаза успела отметить, как недовольно дернулся тот, в плаще, с ним она пришла. До слуха донесся полный негодования и беспокойства голос.
- Милена, что ты опять творишь?
- милый! – звонко отозвалась, помахав ручкой ему девушка, - не переживай!
Она послала ему воздушный поцелуй и теми же легкими и танцующими движениями приблизилась к воительнице, которая застыла готовая реагировать на любое, даже самое малое проявление агрессии.
- да чтоб… - окончание фразы мужчина проглотил.
Он вышел чуть вперед, напряженный и готовый к броску. Что-то неуловимо изменилось в нем. Что-то, что еще не встречалось не мне, не ей, валькирии. Весь его облик подернулся дымкой, чуть расплывшись…. Такое она когда-то видела у вампиров. Но вампиры – это нежить. Гнусная и мерзкая зараза. Он вампир? Или кто?
Меня, кстати, как и валькирию, тоже весьма волновали эти вопросы.
Запретив себя бояться, загнала страх и неуверенность поглубже, стараясь сохранить максимальную концентрацию.
Девушка остановилась в нескольких шагах от воительницы и широко улыбаясь протянула руку , словно предлагая пожать вытянутую, хрупкую ладошку с тонкими, нежными пальцами той, что никогда не держала в своих руках ничего кроме пера или чего-то в этом роде.