Пока он разгонял эти мысли, зажимая обеими руками кровоточащую рану на груди оборотня, сфера стала прозрачной.
29.
Вокруг них все пространство, сколько хватало глаз, занимало белоснежное поле, вымощенное плитами. Над ними стояла юная дева в одеянии из струящейся ткани алого цвета. Ее белые волосы светились как локоны хранительницы, а белесые глаза напоминали дракону о его собственных. Разница была лишь в форме зрачка. У него зрачок был вытянутый, а у девы в форме ромба.
- я не буду много говорить, смертный.
Виран молча вздернул бровь, она ухмыльнулась. Как истинный мужчина он не верил в скупость женской речи…
- душа, что ты искал столько перерождений, нашла тебя и сейчас в твоих руках то, что дорого ей. И как ты поступишь?
- о чем вы?
- мне интересно, что сейчас победит? Драконье нутро или нет?
- а говорили, что много говорить не будите, - попенял он, чувствуя, что удары сердца под его ладонями становятся слабее, поэтому решительно произнес, - да!
Все что угодно, лишь бы спасти этого блохастого.
Она элегантно присела на корточки, расправила складки на платье и воззрилась на него, чуть приподняв идеально очерченные брови на не менее идеальном лице. К чему этот театр, когда он умирает? – эта мысль проскочила в его голове.
- что да?
-да, я хочу спасти его. Ради нее. Она слишком долго меня искала.
- но почему…ты так просто отдаешь ее? - все еще делая вид, что не понимает, - ведь вы драконы… такие …хм…
Мужчина перед ним угасал. Сердце его еле билось, а время утекало.
- ее счастье, мое счастье. Сестра не заслужила всего этого, - зарычал он на богиню, ставя все точки, проясняя все для себя и для нее.
Медленно на лице девушки расцветала улыбка.
- тогда отдай мне его глаз, - улыбнулась она и подмигнула, - взамен на жизнь.
Он вопросительно взглянул на нее. Сбрендила? Нет… серьезна.
- ну а что? Я видела его глаза. Они как солнце. А я богиня луны…. И мне хотя бы его кусочек. Я готова побороться за жизнь этого смертного, но бесплатно я делать это не буду.
Заскрежетав зубами, прикинув, он согласился. И очень скоро смотрел в разные глаза богини и чувствовал, как сильно с каждым ударом бьется сердце оборотня под его руками.
- ах… как славно смотреть на мир таким взглядом. Хм… и да… он должен отдохнуть. И ты тоже. Пока-пока… – она игриво взмахнула рукой и мир померк.
***
Помню, я была в руках у Шурика, он обнимал меня, поддерживая одной рукой за талию, второй прижимал к себе. Сил стоять у меня не было. Их хватало лишь на то, чтобы следить за стремительным броском Вирана к Гектору. Я не могла поверить … просто отказывалась верить в то что Гектор уйдет в загранье. Я верила, что мой дракон, мой напарник, моя душа, он сможет, найдет выход, но спасет его. Он сможет сделать то, что не смогу я. Он упал рядом с ним на колени и аккуратно начал осматривать ранения оборотня. Потом поднялся вихрь, мы оказались в сферах и перед тем как силы покинули меня, я поняла, что Гектор любовь всей моей жизни, но при этом Виран в моем сердце занимал не меньше места. А сердце мое разрывалось… и кажется, разорвалось когда стихийное буйство накрыло нас и я перестала их видеть. Все закончилось для меня в этот момент.
Но не закончилось для Шурика, которому досталась забота о моем бессознательном тельце. Дружек как всегда не сплоховал. Нацепил на меня знатную кучку своих амулетов, одел на пальцы пару колец и браслет на руку. Все это были накопители и элементарные целительские чары. Со страху он не смог определить, что именно произошло, и поэтому нацепил все что было. Правда как потом выяснилось, помог амулет для восстановления костей и кольцо накопитель маг-энергии золотистого спектра, завязанного на ментальной составляющей. Менталистика основная моя сила, переданная по крови, сила которой я пренебрегала или боялась развивать из-за смерти семьи, сила, что первой решила покинуть меня лишь бы спасти жизнь в условиях принудительного оттока магической энергии. Оттока, что устроил Шурик.
Долгое время Шурик со мной на руках сидел в нефритовой сфере. Сила постепенно возвращалась к магу. Перед тем как сфера разрушилась, он услышал чей-то мелодичный голос, который похвалил его. Потом его сморил сон.