Нет. Он нарывается, точно нарывается….
Втянув носом воздух, откинув голову, я закрыла глаза. Тряхнула пару раз головой, в надежде что мозг встанет на место перестанет превращаться в кашу или мыльные пузыри.
Да что происходит, то?
Быстро одев свой костюмчик, набросив на себя одну перевязь, застегнув все ремешки другой, потянулась за привычными мне мечом и саями. Рассовала по карманам пояса дротики и сюрикены. Перебрала мешки с одеждой, вытаскивая на свет свой плащ, что под стать костюму и несколько смен одежды. Там же в вещах нашелся и зачарованный мешочек, что я с особым злорадством отложила в сторону. Собрала вещички, закинула за спину к мечам (его и своему), скрещивались на ней, мешок с вещами на широких лямках и подхватив зачарованный мешочек потопала было к выходу. Пусть сам тут теперь убирает. Только вот на глаза мне попался сиротливо пристроенный на одном из сундуков свиток. Из тонко выделанной кожи. Свиток перевязан был розовой ленточкой. Словно издевка , чтобы я точно не пропустила. И я не пропустила. Оправдала его ожидания. Стянула шелковую ленту и развернула.
Карта. Всего то. И приписка в верхнем правом углу, наспех сделанная судя по всему : « Пес поймет». Пес…
- ну да… пес тебя поймет, ящерица переросток, - буркнула я, запихивая в маленький кармашек на поясе.
Ощущение что я иду по бобовым следам или хлебным крошкам все усиливалось. Совершенно не понимаю, почему Виран ведет себя как та самая ведьма из сказки. Словно я должна понять весь сакральный смысл его замысла. А по факту он залез в какую-то дыру, из которой не может выбраться и ему нужна моя помощь. А у меня на фоне его долгого отсутствия едет крыша. Да еще на столько, что я приняла нерушимую клятву, взятую с помощью древнего артефакта, у своих друзей и одного дракона, а еще… еще… согласилась принимать помощь….гада ныне почти лысого. Предателя и изменщика, кобеля и гуляки. Вот. Расхитителя невинных девичьих сердец. Мужа несостоявшегося. Слава Триединой. Оборотня… переростка.
Внимательно обшарив сокровищницу, прихватив для успокоения нежного девичьего сердца пару … чуть больше мелочей, согревших сердце и успокоивших душу, я была готова вернуться в таверну.
Готова то готова, а вот портал никак не хотел строиться. И вроде бы я делал все правильно, но у меня категорически не выходило ничего.
Не везде хороша… не везде….
Выпила всю воду, доела остатки булки, что запрятала в карманы уже чужой одежды, что бросила кучей у деревянного манекена. Посидела, отдохнула. Принялась за дело снова. Не помогло. Совсем.
Успела попсиховать. Потом вспомнила про браслет Шурика и что есть силы хлопнула себя по лбу. Кажется, набила шишку. Во все стороны брызнули слезы. Они лились из глаз как водопами. Ими я и заливалась, когда шагала в внезапно образовавшийся разрыв.
Появление мое было, как всегда. Запоминающееся. Я так хотела явиться во всполохах света, с мечами, такая опасная, такая грозная и эффектная. А в итоге вывалилась мешком в руки оборотня, заливаясь слезами с краснеющей шишко й на лбу.
Не знаю, что происходило в тот миг на заднем дворе таверны. Именно там я и оказалась на руках у оборотня, что быстро сориентировался и уже не просто нежно обнимал, а поднял на руки и внимательно всматривался в мои глаза.
Его лицо все еще хранило на себе остатки былого гнева и раздражения. Мелкие складочки между сведенных бровей исчезали, в то время как брови не просто расходились в стороны, а медленно взбирались вверх под прямым углом друг к другу. Обескуражен, озабочен и растерян. Вот что было на его лице. Всхлипнув пару раз я собрала волю в кулак и прекратила слезовыделение. Стыдно признаваться, что я влепила себе по лбу и плачу сама себя жалея. Умрут ведь со смеху. Раньше времени и по моей вине.
- почему ты … плачешь, - как-то хрипло спросил он.
Если подумать, то ведь он не видел моих слез…
Собравшись с духом, я завозилась в его руках, и он тут же поставил меня на ноги, и я смогла оглядеться.
Шурик свернувшись калачиком лелеял свой живот в пыли, Виктор сидел рядом с ним на попе ровно, лелея все еще больную руку и слизывая с губы кровь. Над ними возвышался грозный, все еще злой дракон, что засучил рукава. Оборотень видимо тоже участвовал в избиении младенцев.
Так я не орала давно. Можно сказать, что отвела душу.