- 18 -
В первый день Виран не разговорил со мной и вел себя так, словно я не существую. Я же особо и не навязывалась, а просто наблюдала за ним, как те самые ученые-люди, называющие себя натуралистами. Словно за поведением яснокрылой бабочки. Запоминая и подмечая все. периодически подумывая, не достать ли ученическую тетрадь и грифель.
Второй день, начался с тренировки на полигоне, где мастер Феерин уведомил меня, что принял решение сменить мое оружие с прямого меча на катану. Тогда же он и принес и ножны, которые мне полагалось разместить на спине и костюм стражника. Черные кожаные штаны и куртку с клепанными карманами. Сапоги мне разрешили оставить, в то время как василисковый костюм приказали убрать с глаз долой. А жаль, мне так нравилось. Но форма есть форма. Не до самодеятельности. Не теряя времени Феерин начал заниматься с нами, мной и Виктором, которому достался меч похожий на наш тренировочный, только чуть больше и с более тяжёлым эфесом и навершием. И опять нас поставили против друг друга.
- не, ну это когда-нибудь закончиться, - закатила я глаза схватившись обоими руками за рукоять клинка и подняв его.
- навряд-ли, куколка, - иронично улыбнулся Виктор.
- печально.
И пока мы пытались не убить друг друга под присмотром Феерина драконы сидели в сторонке и лениво так переговаривались в пол голоса. Занятное зрелище. Златовласый Виран и щеголявший алой шевелюрой Гейрис. Оба молодые всего восемь десятков лет от роду драконы. Оба вспыльчивые и самонадеянные. И оба получили в нагрузку двоих еще боле юных магов. С виду Виран был мельче ростом и не такой широкоплечий и мускулистый, но если переключить взор и рассмотреть ауру этих двоих, становилось понятно, кто из них более всего опасен. Если аура Гейриса сверкала алым пламенем, то у Варина она пылала как солнце, выдавая его происхождение и мощь, что даровала природа.
Второй мой день закончился в бессознательном состоянии. Как я оказалась в своей каморке даже и не помню. Впрочем, как и третий и четвертый, ну и последующие несколько недель. И все это время Виран не разговаривал со мной, а лишь молча следовал за мной на полигон. Выползая из своей спальни я неизменно находила его молча созерцавшего вид из окна в коридоре. Завтрак, обед и ужин тоже проходили в молчании. Он молча приносил за стол полный поднос еды, дожидаясь пока я выберу себе что пожевать, он пододвигал его к себе и полностью опустошал. Но после непомерного аппетита трехликого оборотня я уже не удивлялась.
Через три недели к занятиям с мечом добавились занятия магией, где все тот же Феерин учил драконов делиться своей силой с всадником, а всадников брать эту силу. Пару раз я теряла сознание от того объёма энергии что на меня обрушивал дракон, очнувшись страдала жутким похмельем. А в таком состоянии я была вообще несговорчивой и жутко вредной. Потому Вирану приходилось применять физическую силу, чтобы угомонить меня. Он мастерски скручивал мое маленькое тельце в бараний рог попутно отводя все чем я его закидывала.
Через еще три недели после этого мы впервые взмыли в небо. Это был для меня день откровений. Хоть мы и словом не обмолвились с ним не разу, но в этот день впервые разделили что-то общее. Это была любовь к полету, к небу. А еще я видела, как польстила дракону моя реакция на его истинный облик. Я словно оказалась в той далёкой избушке в лесу в пургу, где открытием был для меня огромный белоснежный волк. В тот день я уселась, наплевав на все и вся на землю и подтянув колени к груди и положив на них подбородок, чтоб челюсть оставалась на месте созерцала еще с час наверное ( пока не примчался разгневанный гном) красивого крылатого ящера переливающегося в солнечном свете всеми оттенками золота. Просто сидела и смотрела, на гордый изгиб шеи, мощную грудь, на огромные золотистые крылья, на сильный усыпанный шипами хвост, на острые и длинные как клинки когти. Чувствовала его недоумение, когда не слушала возмущенных воплей мастера и прежде чем вскарабкаться ему на спину с благоговением гладила чешуйки на лапе. А уж когда взлетели… все стало таким незначительным. Осталось только небо и пьянящее ощущение полета.