- да это я. А что? – ой не понравился мне как-то ее взгляд.
- ничего. Вот я и увидела тебя. – улыбнулась она как-то не по-доброму и смерила меня не менее доброжелательным взглядом.
- поздравляю, - бросила я, и собралась было уходить, но кинутая в спину фраза вновь остановила меня.
- и что он в тебе нашел?
- что? - обернулась я.
- увидев тебя, сейчас здесь я задалась вопросом. Что он в тебе нашел? Гектор, - она сделала несколько шагов и приблизилась ко мне. Я замерла как заяц почуявший опасность. Высокая, стройная и изящная с глазами как у лани. Она смотрела на меня сверху вниз и сладко улыбалась, слишком сладко, - Но я простила ему это мимолетное увлечение. Этот летний роман. Ну что ему может дать человеческая девчонка, когда есть я. Ну да ладно. Главное, теперь он свободен от обязательств и мы можем вместе идти дальше.
Каждое ее слово было подобно грому среди ясного неба. Каждое слово било, хуже, чем удары магии или клинка. Оно проникало в сердце и разбивало его на куски, которые резали своими острыми краями все внутри.
- я не понимаю о чем вы, - выдавила я сухо, поразившись где-то на задворках сознания своему самообладанию, ведь внутри все горело, - извините, я спешу.
- прям так и не понимаешь? – вздернула изящные брови демоница и схватила меня за руку.
Но стоило ей коснуться моей руки, как из-под рукава показалась мордочка Муськи, которая оторвалась от моей кожи и вцепилась маленькими, но острыми клыками в пальцы девахи. Та взвизгнув отпустила меня и замахнулась.
- ах ты!!!
- Изумруд, на твоем месте я бы не стал этого делать, - за моей спиной послышался злой голос Вирана и через секунду я почувствовала себя прижатой спиной к мощной груди дракона, а ладони его легли на мои плечи. Деваха в миг растратила свой пыл и потирая укушенную руку отступила назад.
- Виран. Она посмела…
- я видел. И ты знаешь прекрасно, фамильяры подобные этому никогда не нападают без причины, - вкрадчиво так сказал он, а сопровождающие девицу демоны как-то в миг подобрались, заблестев синевой глаз, - и позволь дать совет?
- ну? – чуть вздёрнула та носик, глядя на дракона переливающимися глазами в палитру которых добавилась синева.
- прежде думай, когда решишь поднять руку на МОЕГО всадника или вообще хоть что-то ей сказать, - сказав это он, не дожидаясь ответа и не попрощавшись, взял за руку и повел прочь. Если честно, не знаю, от чего я была в большем шоке от откровенной угрозы со стороны дракона или …. Или…
- 19 -
- может, полетаем? – его слова я разобрала не сразу и не с первого раза и то после того как была использована как погремушка у младенца.
Уже достаточно продолжительное время я сидела, смотрела в книгу и даже фигу не видела. Ничего не видела. В моей голове все еще гремели слова демоницы « я простила ему этот мимолетный роман…», «что ему может дать человеческая девчонка…». Было больно дышать, больно жить… Перед глазами стояла одна только картина… Желтые как солнце и теплый как его лучи взгляд и губы шепчущие, что он найдет меня, его сердце приведет.
- а? что? - вот, наконец, я увидела белесые глаза Вирана с округлившимся зрачком.
- может, полетаем? - мягко, словно с ребенком разговаривал, проговорил он, все так же крепко сжимая мои плечи. Очень крепко, было больно, потому только я и поняла ,что жива. Пока еще.
- больно, Виран, - голос с того света. Сорвалось…
- я знаю, - он гипнотизировал меня глазами. Знает, что его гипноз не действует, но все равно пытается, - я знаю. Пойдем, полетаем? А? я устал сидеть за этими книгами. Пойдем, полетаем. И ты сможешь снова раскрасить небо. Тебе же это нравиться.
- с чего такая щедрость?
- захотелось.
- ладно.
Мы полетали. И на какое-то время я забылась. Адреналин в крови сделал свое дело. Летая со своим золотым драконом, в тот миг была счастлива. Мы парили в холодных воздушных потоках, наслаждаясь красотой раскрашенного в радужные цвета неба. Он молчал, и я молчала, но в этот момент мы стали единым целым. В этот момент он чувствовал все, что чувствовала я, а я чувствовала его. Его тревогу, заботу и поняла, что сейчас во всем мире нет существа роднее и ближе для него. И в тот момент полюбила его…. Как утерянного брата и отца. А он полюбил как сестру и дочь.