Последовала короткая пауза, пока наги переваривали услышанное. Собрав треснувшую картину мира в единое целое, Делвин спросил:
— И как в Союзе относятся к нагам?
— Ванесса, как у нас относятся к нагам? — переадресовал я вопрос.
Вампирша не подвела.
— Никак. Никому нет особого дела до того, кем ты родился, будь ты хоть разумным тестом в горшке. Подчиняешься государству и соблюдаешь законы — гражданин. Только это имеет значение.
Змеехвостая девушка оторопело спросила:
— Разумное тесто в горшке?
Вампирша пожала плечами:
— К слову пришлось, просто шутка. Но поверь, если такое существо нам встретится, и оно будет соблюдать законы Союза, никого не будет смущать, что оно — тесто.
Потом, ожидаемо, пошли вопросы, уточнения, детали. Много вопросов. Ещё больше вопросов. Ожидаемо наги нам на слово не поверили. Не в том смысле, что они считали нас лжецами, нет. В их картину мира государство с такой системой и такими законами, как в Союзе, не укладывалось никак. И здесь либо крах картины мира, кризис веры, катарсис, кататония и прочие проявления разрыва шаблона, либо банальное отрицание. Наги предпочли банальное отрицание.
Делвин попытался отойти от политических вопросов и перейти к проблемам насущным. Им очень хотелось побеждать князей, и у змеехвостых даже вполне имелись шансы, если бы не некоторые «но». В первую очередь нагам не хватало снаряжения. Это не Делвин сказал, это я и сам понимал, глядя на гостей. Также в списке причин значилось полное отсутствие единого командования. Опять же, наги дураками не были и хотели бы работать, как единое целое, но не могли, оставаясь небольшими группами партизан, по возможности помогающими друг другу, но большую часть времени действующих обособленно и занятых собственным выживанием. Это уже Делвин рассказал, не прямо, но мы умели задавать вопросы. Ещё низкая численность, ведь у наг не было ресурсов и возможности расширить свою популяцию. Плюс географические условия. Да, джунгли и реки спасали наг от князей, но эти же джунгли мешали и самим партизанам.
В общем, Делвин пытался скооперироваться со мной на ниве партизанских действий, но я его потуги срезал. Во-первых, я хотел, чтобы наги признали Союз своей новой страной, а меня правителем. Вольные партизаны, сидящие по джунглям (в перспективе по МОИМ джунглям) мне были не нужны. Во-вторых, я партизанщиной не занимался. Я наносил диверсионные удары, вообще не боясь налететь на вооружённый отряд и вступить в открытый бой. Этим мы принципиально отличались от змеехвостых, те только гадили исподтишка. Не в укор им, стараются, делают всё, что могут, но разрозненные отряды партизан и отряд элитного спецназерского спецназа — несопоставимые оперативные единицы. В-третьих, даже возьми я Делвина под своё крыло, на кой чёрт мне они нужны? Полтора десятка бойцов всего, что я с ними делать буду? Навьючу на манер мулов? Это ведь единственное им применение. Нет, он, конечно, говорил про две сотни, но… Не привирал, нет. Он был для них военным лидером, но не лидером духовным, эти тонкости я успел узнать, наблюдая за нагами через призраков.
Покинули наги нас без видимого результата, но загруженные информацией по самое не могу. Да, формально я с ними даже о нейтралитете не договорился, оставляя за ними право резать нас, а за собой право резать их, но это сущая малость. Мы с Делвином друг друга поняли, и змеехвостые поняли, что против них я ничего не имею и дальше продолжу освобождать, если случайно встречу. В их положении уже это вызывало однозначную радость. Очевидно, что и наги на нас нападать не станут. Разве что случайно, например, если мы замаскируемся, а они примут нас за воинов князей.
Своего я добился, пустив среди змеехвостых мысль о присоединении к нам с признанием меня неоспоримым лидером. И, закончив с дипломатией, я вернулся в свои «покои», чтобы магически перенестись домой. Первым делом хотел встретиться с Хаартом, но тот укатил по делам, поэтому о делах мне докладывала Каролина. Впрочем, ничего интересного она мне не рассказала. Ассимилировали захваченные земли, наводили порядок, налаживали логистику, готовя новый виток завоеваний. Всё тихо и спокойно. Да, случались мелкие «войны», но масштаб по меркам Союза совершенно никчёмный, подумаешь, десяток тысяч человек на одном поле боя собрались. Смешно.