На том Катенька и стояла.
Изображать невинность с её внешностью было просто. Наивные, распахнутые голубые глаза, пухлые губы, ставшие такими с помощью подружки-косметолога, длинные прямые волосы, такие в книгах обычно называли льняными или пшеничными. Она их немного осветляла, чтобы казаться еще милее.
Мужики такую милоту любили и ценили. Сколько раз она слышала о том, что такую как она хочется защищать, помогать, преклоняться.
Вот только те мужики, которых она хотела видеть рядом были глубоко женаты. И разводиться не стремились.
- Кать, да чего ты не понимаешь? У нас всё совместно нажитое, я своей Горгоне Ивановне половину фирмы отпазгну! С чем останусь? И что тебе так не нравится?
Ей не нравилось.
Ей хотелось своего мужика. Личного.
Конечно, она и с этими мутила, а куда деваться? Жить как-то надо.
Деньгами её никто никогда не обижал.
Подружка близкая, Галка, даже завидовала.
- Как, Кать? Ну, как они тебе всё дают? – это Катя хвасталась телефончиком яблочным последней модели, самый писк, который ей не особо-то нужен был, - как ты просишь?
- Да не прошу я ничего! – усмехалась Катарина.
- Ну, как же? Они сами что ли? Нет, ну скажи, ты это… ртом что ли работаешь?
- Дура ты, Галя, поэтому и нет у тебя ничего.
Катарина правду говорила подруге.
Галя слишком много требовала, мужички считали её скупой и бежали… к Катарине. Для которой готовы были в лепешку расшибиться и луну с неба. Катарина вроде бы ничего для этого и не делала специально, да. Просто она была из тех женщин, которые умеют добиваться многого ничего не делая. Она и сама, если честно, правды не знала, так ли она умело манипулирует, или какие-то флюиды от неё исходят, но мужчинам и правда хотелось её одаривать.
И тот, кто считал скупой Галочку, которая просила пополнить ей счёт на мобильном на тысячу, легко покупал Катарине новый телефон топовой марки или цацки с бриллиантами.
Да, что там! Ей и машину дарили, и квартиру. Да, то, что она жила на съемной – ничего не значило. Ей так было удобнее, а свою она сдавала, деньги откладывала. Умной была Катарина и хитрой.
И цель свою видела чётко.
Муж, обеспеченный, сильный, такой, с которым можно будет расслабиться и не думать постоянно о том, как бы заработать, у кого бы ухватить.
Максим Ерёменко этому требованию отвечал.
Он был интересным мужчиной, очень даже. И возраст подходящий, всего на восемь лет старше. Были в её жизни мужчины с более серьёзной разницей, и в двадцать лет, и даже в тридцать. Не гнушалась Катарина, чего уж там.
Максим свои интерес сначала не обозначал. Стеснялся, что ли?
Смотрел.
Она это видела.
Так смотрел, что… ей смешно было, представляла, как уходит он в свой кабинет и предаётся там мечтам о ней, наяривая под столом рукой.
Ох уж эти мужики! Идиоты, право слово.
Естественно, Катарина знала, что Максим Максимович давно и счастливо женат. И женушку его в соцсетях нашла.
Обычная баба, ровесница Ерёменко.
Катарина таких называла – «никакая».
Ну да, может по молодости была ничего, а сейчас? Нет, не обабившаяся, вполне стройная, с модной стрижкой, в модных шмотках – конечно, при таком-то мужике! Но…
Катарина смотрела на немногочисленные фотографии Веры Ерёменко в соцсетях и улыбалась – уверена была, что такую она обойдёт легко.
Надо только не торопиться.
Завлечь Макса, сделать всё, чтобы с крючка не сорвался.
Она выяснила, что любовниц у него нет и не было.
- Ты что? Наш Максим Максимыч жену любит, Верочка у него свет в окошке, на самом деле Вера Ивановна чудесная женщина, я её несколько раз видела на корпоративах, очень приятная, красивая, достойная…
Катарина слушала этот бред с полуулыбкой.
Знала она таких, приятных и достойных, от которых мужики гуляли только в путь. Но Ерёменко не гулял. И это Катарина решила обратить в свою пользу.
Она должна ему показать, что она – не такая. Любовницей она не будет, хоть ты тресни. И если хочешь получить комиссарского тела – действуй.
Откуда выражение про комиссарское тело Катя, конечно, не знала, просто услышала и ей понравилось.
Водила она Максима Максимовича за нос грамотно. Увлекла.
Играла невинность. Наивность.
Да, мужчины были – что скрывать, ей тридцать два и дочь! И не один был – тут Катарина тоже догадалась, что врать бессмысленно. Ну, не о всех, конечно, рассказала. Но троих упомянула. Четверых, точнее. Слезливую историю рассказала о первом, который силой взял – наврала, но красиво. Подняла свои ставки в глазах Макса серьёзно. Не умолчала об одном видном товарище, Ерёменко его знал, вдруг бы тот ему брякнул? Это был тот самый, который не разводился из-за своей Горгоны. Только Катарина слегка приукрасила, поплакала, мол, знать не знала, что женат, наивная была.