Про теракт стало известно достаточно быстро – соцсети творят чудеса, информация распространяется почти мгновенно. Поначалу это казалось жестокой шуткой. Бросив все свои дела, он пытался дозвониться до супруги, но её телефон молчал. Он поехал на место трагедии. И ничего не обнаружил, кроме горящих обломков. Ещё неделю разгребали обломки. Он проверял каждый день списки погибших и пострадавших, обегал все инстанции, вызывался помочь.
А потом был звонок из морга, куда его попросили приехать на опознание. И он её опознал. Её и их дочь. Мир рухнул. Он его ненавидел за то, что отобрал у него любовь всей его жизни. Они жили душа в душу, и он ни за что бы не подумал, что вот так закончится их идиллия.
Ещё две недели он провёл в запое, надеясь хоть немного притупить боль, но становилось только хуже. На страницах самиздатовских сайтов он видел слова поддержки и соболезнования, которые писали супруге, но кому они нужны? Это не вернёт человека.
Друг семьи Андрюха пытался с ним поговорить, но всё чаще сводилось к банальной пьянке. Сегодняшний день не был исключением.
— Сань, послушай сейчас, только внимательно, — пьяно говорил ему друг. — Это прорыв в науке. Нобелевская премия.
Он ничего не сказал, лишь налил ещё и сразу залпом выпил.
— Я изобрёл машину времени, — продолжал Андрей нести пургу. — Не хватает только испытуемых. Нужны надёжные люди, да где их взять?
Ника... его милая Ника была надёжным человеком. Даже когда их семья попадала в трудности, он знал, что тыл надёжно прикрыт. Жена всегда поддерживала его.
— Я тебе говорю. Перемещения во времени реальны! — настаивал друг. — Ты только представь какие возможности! Мы можем...
Он много говорил. И вот тут в его пьяную голову впервые пришла относительно здравая мысль.
— Говоришь испытуемые нужны?
— Очень, — подтвердил Андрюха.
— Отправь меня.
— Только это… проект не финансировался, — он чуть смущённо потупил взгляд.
— Это же для науки, — солгал он, понимая, чем займётся.
Андрей недоверчиво посмотрел на него, явно сомневаясь в серьёзности его намерений.
— Ты же понимаешь, что это опасно? — спросил он, снова наполняя стаканы.
— А что мне терять? — ответил Саня, взяв стакан и поднося его к губам. — Я не могу жить так дальше. Если есть шанс... хоть крошечный шанс... вернуться и что-то изменить, я готов.
Андрей некоторое время молчал, раздумывая. Он знал, что Саня сейчас был на грани, и в другом состоянии вряд ли согласился бы на подобное.
— Ты должен понимать, что это ещё экспериментальная технология. Никаких гарантий. Я даже не могу гарантировать то, что вернешься. Можно ли менять что-то в прошлом, не повлечет ли это последствий… Все только гипотезы.
— Мне плевать, — твёрдо сказал Саня. — Я должен попробовать.
На следующий день, с больной головой и сомнениями, он пришёл к Андрею. Тот уже ждал его в своей лаборатории, спрятанной на окраине города. Машина времени выглядела как большой металлический куб с множеством проводов и экранов.
— Входи, — сказал Андрей, открывая дверь.
Саня шагнул внутрь, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Всё это казалось нереальным, как из дешёвого научно-фантастического фильма. Он уселся в кресло, которое оказалось неожиданно удобным. Андрей начал объяснять ему, как будет проходить процесс.
— Я настрою машину на конкретную дату, — сказал он, работая с панелями управления. — Ту, которую ты укажешь. Ты должен быть готов к тому, что это может оказаться очень опасно.
— Какой день? — спросил Андрей, наконец поднимая голову.
Саня закрыл глаза, вспоминая. Он хотел вернуться к тому дню, когда Ника и Аня ушли на концерт.
— День, когда произошёл теракт. Я должен остановить их.
Андрей кивнул и начал вводить данные. Машина зажужжала, экраны начали мигать.
— Готов?