Дом встретил тишиной. Я прошлась по знакомым с детства комнатам и села на диван в гостиной. Завтра начнется учеба в колледже, за ней – работа в магазине. И каждую минуту надо будет делать вид, что сердце мое по-прежнему бьется. Что его не растоптали, не уничтожили. Как мне выдержать эту пытку? Исчезнет ли этот тяжелый камень, что сейчас лежит на моей груди и не дает мне дышать? В голову пришла внезапная мысль – а не бросить ли мне все и уехать куда-нибудь далеко-далеко?
Я с тоской посмотрела в окно. Темнело. Свинцовые тучи со всех сторон обложили город, и на горизонте уже видны были всполохи далеких зарниц. Какое дождливое лето выдалось в этом году! Я побрела в спальню, заранее зная, что ночь предстоит бессонная. Лежа в постели, я прислушивалась к раскатам грома, стуку дождя по крыше. В сотый раз, прокручивая в голове события вчерашнего дня, я пыталась убедить себя в том, что иного ожидать от Кристофера и не следовало. И ультиматум отца здесь ни при чем – рано или поздно он все равно бы наигрался со мной. Все его слова, взгляды – все ложь и притворство.
Слишком наивная, слишком глупая – спасибо, Кристофер, за хороший урок! От предательства не умирают, верно? Справлюсь и я! Только почему так больно дышать? И почему я чувствую на своей коже его поцелуи – страстные и горячие? И сразу тысячи мелких иголок пронзают мое сердце. Уехать… Далеко-далеко… Надо подумать об этом завтра…
…Бессонная ночь совсем не способствовала успешной учебе. Уже к концу второй лекции я поняла, что пришла в колледж зря. Тема была интересной: «Греческая трагедия». Еще совсем недавно я бы жадно ловила каждое слово лектора. Теперь же его рассуждения казались скучными и вымученными. Я вдруг подумала о том, что писать о любви, верности и предательстве должны лишь те, кто пережил это сам. Иначе никто бы не говорил об очищающих страданиях, прощении и прочей ерунде. Есть только боль. Огромная, все затмевающая собой боль и непонимание.
За что ты так со мной, Кристофер?
Еле досидев до конца лекции, я отправилась в цветочный магазин Энн. Она сразу бросилась ко мне с расспросами: как мама, как прошел праздник. Но удовлетворить ее любопытство я не смогла, лишь выдавила из себя кривую улыбку и сказала, что все было замечательно. Тетя неожиданно быстро отстала от меня и ушла за прилавок.
Интересно, чем сейчас занят Крис? Тренируется в бассейне, а может, отправился с друзьями на пикник… Чем еще может быть заполнена жизнь молодого бездельника?! Правильно, свяжись он со мной, ему бы пришлось работать.
Мой отец был автомехаником и всю жизнь проходил с черными руками – они уже не отмывались от масла. Мама вечно была этим недовольна – ей казалось это ужасно неприличным. А в выходные отец возился со мной, ремонтировал дом – ни минуты для себя.
Нет, наш золотой мальчик к такой жизни не приучен. То ли дело клеить девчонок…
Вновь распалив себя этими мыслями, я не заметила, что сломала стебли цветов, отобранных для шикарного букета. Я с досадой выбросила испорченные растения и поймала на себе внимательный взгляд Энн.
– Все нормально, – пробормотала я и тут же выронила корзину с лентами.
Разноцветные мотки покатились по полу, а я, пытаясь их остановить, задела графин с водой… Это был финиш.
– Софи, давай-ка ты возьмешь сегодня выходной, – тетя мягко, но решительно подтолкнула меня к выходу из магазина.
– Но, тетя… – я совсем не хотела вновь оставаться один на один со своими мыслями.
– Я справлюсь сегодня без тебя. А ты отдохни и приходи завтра. Веселая и выспавшаяся. От твоего унылого вида у нас завянут цветы и разбегутся покупатели.
Тетя поцеловала меня в щеку и помахала рукой вслед. Да, она права. Сегодня все валится из рук. И нет гарантии, что завтра будет иначе.
Дома я честно пыталась взяться за учебу, но затея не удалась. Потом я зачем-то поставила разогреваться пиццу, которую вовсе и не хотела есть. О ней я вспомнила, когда запах гари донесся до второго этажа, где я пыталась разобрать вещи. Бросив все, помчалась вниз открывать окна и отдирать горелое тесто. Покончив с этой бестолковой суетой, я решила пойти в сад. Но едва сев на качели, вспомнила ночь, когда приехал Кристофер. Даже любимые с детства качели теперь напоминали мне не о счастливых днях, а о нашей беседе с Крисом!
Эх, зачем он тогда потревожил меня?! Может быть, сейчас я бы уже стала забывать его… Хотя это опять всего лишь самообман. Как забыть его взгляд, от которого меня пробирала дрожь, крепкие объятия сильных рук и безудержные ласки… Не забыть, не разлюбить, но и не понять – как можно так играть с живым человеком? Я сглотнула тяжелый комок, чувствуя, что непрошеные слезы вновь подбираются ко мне.