— Вот здесь — что? Еще одна развалина. Что дальше?
— Высотка. У нее — подвал. А подвал — очень даже хорошее убежище. Что в итоге? Ничего. Видишь доступ вниз? Правильно, потому что его нет. И это еще на относительной возвышенности. Если посмотреть на старые здания, которым хотя бы пятьдесят лет и больше, то они стоят гораздо ближе к воде. Поэтому любое повреждение в фундаменте, сводах или даже простая трещина в земле неподалеку затапливает подвал. Делает его как минимум сырым и непригодным, а как максимум — вода заходит еще выше.
— Звучит логично, конечно, но почему та же самая логика по твоим рассуждениям, не применяется на военные базы, м?
— Потому что все они стоят не в центре. Там прочные здания, которые непохожи на этот новострой из разваленных плит. Понимаешь? Тут все иначе. Капитальнее, масштабнее. Почти все они строились на случай ядерной войны. И если в метро достаточно отрубить всю энергию, чтобы даже через крохотную трещину затопило тоннели, то на базах этого нет.
— Все равно не понимаю твою логику. Я вижу, что здесь свалило высоту. Там, где располагается штаб оцепления, тоже было хорошее и прочное здание. И теперь его тоже нет. Одни сваи остались. Судя по фотографиям… — я начал говорить громче, сам того не замечая. Эхо почти не отражалось от множества грубых поверхностей. — … в городе вообще почти нет ничего высокого. Максимум — это вот, — я ткнул пальцем в остатки дома, которые мы только что оставили за спиной. — А в центре и того хуже.
— Нет, должно что-то остаться. Базы дальше от эпицентра взрыва, — продолжал спорить Владимир.
— Думай, как знаешь. Вот если бы за прошедшие недели хоть кто-то запустил аварийное электроснабжение на базе и подал признаки жизни — тогда да, охотно поверю, что можно отправить кого-нибудь спасать выживших. А так — нет. К тому же Кирилл чего сказал?
— Что восемь из десяти погибли, — тут же откликнулся техник.
— Вот видишь, — продолжил я. — Но спорить с тобой не хочу. Желаешь верить — верь.
— А ты скептик, Денис. Не ожидал от тебя такого.
— Город влияет, — ворчливо отозвался я. — Мертвый город.
— Хорошо, что еще обошлось без мертвых людей, правда? — вступил Кирилл. — Хотя зимой трупы замерзают и хорошо сохраняются, не разлагаются, их почти не объедают бродячие животные и…
— Может. Мы. Закончим уже про мертвяков⁈ — воскликнул я. — И так не по себе! Не ты идешь в руинах!
— Ну тише, тише, не ори. Вечер скоро, мало ли кто тут еще.
— **дь!
— Понял-понял, — успокаивающе произнес Кирилл. — Все понял.
— Насчет вечера, Володь, — обратился я к напарнику. — Я не заметил спальников. У нас опять технологии, о которых я ничего не знаю?
— Увидишь, — ухмыльнулся Воронков. — Ну-ка… — настороженно произнес он, скидывая с плеча автомат, который я поначалу принял за винтовку. — Движение впереди!
— Подтверждаю по твоей камере, — тут же монотонно ответил Кирилл.
Я поспешил посмотреть вперед и заметил на фоне руин следующих домов какое-то шевеление и сунул руку за борт пальто. Через перчатку рукоять пистолета чувствовалась очень хорошо, но доставать я его не спешил. Впереди никто не стрелял и не ощущалось никакой угрозы.
— Дайте-ка посмотрю повнимательнее, — пробормотал техник, стуча по клавишам, как заправский программист. Вероятно, он таким и был, но где же мне знать, если память отказывалась реанимировать последние недели моей жизни до… до вот этого всего. — Так, вроде бы не вооружены, но их пятеро.
— Подтверждаю, вижу пятерых, — проговорил Владимир.
Я же уставился вперед, высматривая контуры людей на расстоянии не меньше, чем в три сотни метров. Да, пятеро, хотя некоторых выдает только сам процесс «шевеления». На всякий случай я посмотрел и назад — вдруг все же это ловушка. Но за моей спиной никого не оказалось.
Нервы напряглись до предела и пистолет я вытащил наружу. Пятерка зашевелилась заметно активнее, явно спеша к нам всей толпой.
— Что думаешь? — я подошел ближе к Владимиру, но остался на расстоянии в пару метров. И снова недоуменно оценил маневр, приписав его к тому, что мозг все-таки что-то помнит.
— Что мы привлекли их внимание, но стоит держаться настороже, — коротко бросил Воронков. — Раньше мы с тобой в такие переделки не попадали. Не настолько армейское было это дерьмо.
— Зря сказал, — я стиснул пистолет покрепче. Поднимать пока было рано. — Вроде бы не вооружены?