— Они универсальные, но тебе уже ничем не помогут. Пальцы не отрастут.
— Штуки? Для пальцев? Для щек? — пошевелился Кондратьев.
— А я разве тебе еще не рассказывал?
— Ты еще и мне не все рассказал, — я еле удержался, чтобы силой не развернуть Николая к себе. — А потом?
— Когда все прогорело, на улицах стало оживленнее.
— И чем сейчас тоже?
— На порядок! Люди пытались что-то наладить, объединялись в группы, искали еду, укрытие, пытались что-то разгрести.
— Но что-то пошло не так?
— Конечно! — взвыл Николай, которому игла вошла глубоко в палец. Но дерзить доктору на этот раз он не решился. — Специалистов, которые могли бы сказать, что здание вот-вот рухнет, было очень мало. Поэтому люди находили себе укрытие, думали, что оно надежное, а потом, — он повернул ладонь тыльной стороной вверх, широко растопырил пальцы и резко опустил ее вниз, — складывается как карточный домик. И все, больше никого не видели.
— Но ведь не все так гибли. Откуда-то появились все эти бандиты, люди с оружием.
— Так вскрыли армейские склады, пока еще ночь стояла. Всю неделю тьма была, как ночью, да-да, — живее продолжал Николай. — В общем-то, конкретно я не знаю, лишь предположил, что так. Но откуда-то у них взялось оружие. Улицы опустели. Кто-то присоединился к тем, кто сильнее, кого-то убили. Вот, собственно, и весь расклад за прошедший месяц. Ничего хорошего. Город поделили, — он вздохнул. — Кто-то пытался сбежать, кто-то исчез. А кто-то воюет — один раз такая пальба стояла, как война настоящая. Я же в Чечне был. Знаю, о чем говорю, — и замолчал.
Вспомнить мне не удалось ровным счетом ничего, однако я хотя бы представлял себе, что произошло в городе. И желание найти ответственных лишь росло.
Глава 13
Дерзко ворвавшись в опустевший город и наделав шороху — так, немного, если прикинуть, — настало время малость притормозить, остановиться и подумать, как быть дальше.
Мы нашли неплохое место, где нас приняли, где мы могли переночевать и восполнить силы. При этом отсутствие Кирилла в ухе очень раздражало, потому что имелись некоторые вопросы, на которые только он мог дать вразумительный ответ.
Например, о полноценном нашем снабжении, потому что, перерыв весь рюкзак, я нашел лишь то, что может помочь мне продержаться эти десять дней. Даже спальника не было и, если бы мы не наткнулись на этот лагерь, кто знает, в чем и как нам пришлось бы ночевать.
Даже если исключить меня — понадеявшись на работу непонятных внутренних механизмов, которыми напичкал меня Кирилл, — Владимиру было бы куда хуже на ветру и без нормального укрытия.
Предостаточное количество странностей, непонятная ситуация в городе, которая не слишком прояснилась после разговора с Николаем и некоторые технические аспекты меня самого заставляли в итоге сомневаться в разумности всего предприятия.
Несмотря на то, что мне безумно хотелось во всем этом разобраться, мне казалось, что куда проще было бы сдвинуть кольцо оцепления, зачистить город от криминала и вывести отсюда живых, чем делать то, чем мы занимались в настоящий момент.
Но и логика армейских тоже понятна — зачем рисковать сотнями и тысячами жизней? И все же нашлись ненормальные, что сунулись в город. Зачем? За остатками ценностей в музеях? Обчистить кассы в магазинах? Или найти нечто в центре города?
— Нам лучше бы не задерживаться, — заявил я Владимиру, появившись в его комнатушке. — Быстренько выспаться и двинуться вперед. Иначе потеряем время. Я совсем упустил тех прорвавшихся. И, кстати, мы не заметили их следов, их техники — да вообще ничего мы не заметили. Они точно были, как думаешь?
— Я видел рапорты, — Воронков сидел на кровати, перебирая содержимое собственного рюкзака. — Так что уверен — все это было. Ливанов бы не стал просто так бросать людей вперед.
— Ты его хорошо знаешь? — я опустился на стул напротив, чтобы следить за лицом напарника. — Ливанова, я имею в виду. Как человека, как командира — и все такое.
А потом помял икры, которые внезапно начали зудеть. И, как только пальцы прошлись по мышцам от пяток до обратной стороны коленки, непривычное ощущение сразу же прошло.
— Ливанова… — задумался Володя и как будто бы даже не заметил моих действий. — Я с ним практически не сталкивался. Вообще не сталкивался, — поправился он тут же. — Но могу сказать, что люди о нем ничего дурного не говорят.
— А если я тебе скажу о нем? — я приподнял бровь, удивляясь неосведомленности Воронкова. — Скажу, что тот приходил к нам в ОВР, наезжал на Королева, чего-то допытывался, а потом, сразу же, как увидел меня, метнулся обратно сюда и, не успев долететь, уже отдал приказ следовать за кем-то, кто прошел через оцепление. Ты сам видел, какой здесь забор, какие ворота и охрана. Кто мог прорваться, ты думал?