Резак я почти не вращал, только сделал три перехода. На каждого людоеда я затратил не больше двух секунд, а потом, не отводя лазер, прикончил и однорукого. Кирилл, к счастью для него, воздержался от комментариев.
Поэтому, когда я спустился вниз, успокоившись лишь на толику, получил возможность не отвлекаться на болтовню с техником, но осмотреться хорошенько и прикинуть, что происходит на самом нижнем ярусе.
Там было жарко. Тепло едва ощущалось у лестницы, но зато, когда я ступил на засыпанный всяческим мусором пол, обратил внимание, что температура внизу минимум на десять градусов выше, чем на втором уровне.
— Ого! Двадцать три по Цельсию, — опроверг мои догадки Кирилл. — Жара! Но электричества здесь нет.
— Сам вижу, — ответил я и снова зажал нос.
Источником жара были многочисленные бочки, в которых горело все, что могло гореть. Картон, доски, пластик, одежда — неважно из какого материала.
Неудивительно, что треск множества костров забивал почти все шумы сверху. И попутно объяснял, отчего людоеды были покрыты грязью, а некоторые блестели.
Пот от жара и копоть, перемешанная с грязью в различных оттенках, давали тот странный окрас и блеск. И носителей этого блеска здесь имелось предостаточно.
Если смотреть издалека, то все было похоже на огромный муравейник — даже цвет в итоге был почти таким же. Только вызывал отвращение и желание передавить всех его обитателей.
Медлить дальше было нельзя. К счастью, источник света здесь не требовался, поэтому я сменил фонарик на пистолет. Гудение в правой руке и хороший дальнобой в левой. Уверенности было, хоть отбавляй.
Я шагнул вперед, наступив на одно из тел — смотреть под ноги было некогда. Я высчитывал количество врагов, и оно уже перевалило за два десятка. Неплохо для начала, но хотелось бы поменьше. Попроще.
Теперь надо было привлечь к себе побольше внимания — похоже, они не заметили, что раненого никто не унес. И, более того, спасатели сами слегли.
Лестница располагалась в углу яруса, так что у меня было целых две стены для защиты. Прицелившись получше, я выпустил стальной снаряд из электрического пистолета.
Оружие лишь слегка завибрировало прежде, чем сделать выстрел. Но за мушкой я успел увидеть дернувшуюся голову и, еще не успев опустить пистолет, уже наблюдал за падающим телом. Это отличный посыл всем остальным.
Падающий опрокинул на себя бочку, вызвав сноп искр и не столько суету, сколько настоящую панику. Мне не нужно было свистеть или привлекать внимание иным киношным способом. Этот и так оказался достаточно эффективным.
Теперь можно спокойно убрать пистолет обратно, чтобы не потерять его в схватке, увеличить мощность луча и ждать нападающих.
— Володя где-то дальше, у него на камере нет бликов. Вероятно, отгороженное помещение или что-то еще, — быстро проговорил Кирилл. — Так что, если думаешь задержаться — передумай.
— Не задержусь. И эти здесь не задержатся тоже.
Наверняка махать мечом сложно. Не ткнешь. Только рубить и можно, а он, зараза, тяжелый. Со шпагой все в точности наоборот. Но эта хрень, которая напоминала меч из Звездных Войн, сочетала в себе исключительно плюсы классического холодного оружия. И это сочетание не могло меня не радовать.
Людоеды решили атаковать толпой. Скалясь, обнажая еще местами чистые зубы, которые резко контрастировали с перепачканной кожей лица, они, как один, расчехлили кто ножи, кто тесаки. У некоторых в руках оказались дубинки. Такая толпа на улице и в мирное время могла вселять ужас. А сейчас от таких простым выжившим следовало бы держаться подальше.
Дождавшись, когда они подойдут поближе, я резко взмахнул рукой, прочертив почти ровную линию на уровне шей. Было бы идеально, если бы они еще были одного роста.
Разогретый лазер, который уже начал даже мне греть руку, выдавал приличную мощность — совершенно неприличную для источника питания размером с несколько батарей типа С. И даже быстрого взмаха оказалось достаточно, чтобы пройти через кожу и разрезать большинству нападавших сосуды.
Те, кто ростом не вышел, лишились зубов и губ, а потому я сразу же махнул второй раз, покончив по меньшей мере с пятеркой атакующих.
Далее пошла вторая волна, уже более осторожно и распределенно. Они не держались в линию, они старались максимально обойти меня со всех сторон, но в этой тактике они просчитались.
Я отбросил в сторону все свои мысли о скрипящих «непритершихся» сухожилиях. Пользуясь скоростью резака, я сперва обездвижил тех, кто двигался на меня с левой стороны, затем внезапно переключился на крайнего правого, а затем, пока остальные пребывали в полнейшем замешательстве, прикончил остальных.