Мои сомнения возникли сразу же, как только я оценил масштабы бедствия. Ведь, по сути, я до сих пор не забирался никуда выше второго или третьего этажа. Но тогда у меня не было никакой нужды переходить с места на место по крышам ли просто забираться как можно выше.
Теперь облик города представал передо мной совершенно иначе. Просто один лабиринт, которым являлось конкретное здание, масштабировалось на весь город. Сказать, что меня это не радовало — не сказать ничего.
— Может новости какие будут? — тихонько спросил я у Кирилла.
— Новостей пока нет, пробиваюсь через защиту баз данных различных компаний, которые могли иметь отношение к увиденному нами. Я так понимаю, что у тебя сейчас нет лишних ушей?
— Нет, — коротко ответил я, присев на корточки на крыше. Совершенно по-питерски.
— Бросай. Всех бросай. Эти ребята тебя никуда не доведут. Только меня до ручки доведут, правда. Что там, ногу сломали?
— Да.
— Ну и чего, теперь ты будешь нянькой? Доктором? Ты уже видел, что бывает, когда ты делишься с людьми различными технологиями. Особенно теми, которые заставляют их думать, что они боги. Или бессмертны. Или совершенно неуязвимы. А самое главное, они не понимают, что все стимуляторы небезопасны — раз. А во-вторых, из-за всех вышеперечисленных особенностей они очень редкие. Значит — быстро заканчиваются. Дальше…
— Кирилл, спокойнее, — я сел как можно удобнее и вытянул ноги. В одиночестве есть своя прелесть, даже когда в ухо балаболит немного болтливый техник с базы отдела военных разработок. — Глаголь.
— Сильно на тебя Питер влияет, — было первым, что сказал Кирилл после долгой тишины. — Неожиданно. Очень неожиданно. Но точно некритично.
— Давай без терминологии, которая понятна для тебя одного. Только что я чуть не умер, потому что «эгоист» дал сбой. Потому что чертова печень или что там у меня вместо нее, отказалась работать и перезапустилась чудом.
— Спиртом, — пробубнил Кирилл.
— Называй, как хочешь. Суть, что, если бы не фляжка, я бы сейчас мертвяком лежал у вертолета. Но ты прав. И нам надо нормально поговорить. Без свидетелей.
— Я бы тебе психолога вызвал.
— Психологи людям помогают, — парировал я. — Но я — не человек. Не совсем человек. Так что чего ты от меня хочешь?
— Хочу, чтобы ты выполнял свою работу. Этого Королев хочет, понимаешь? А нуждается в этом весь мир, чтобы ты нашел причину, нашел ублюдка, который это сделал. Доказал, что мы — мирная страна. И все вернется на круги своя.
— Сам-то веришь, что все будет, как прежде? — уточнил я, задрав разодранную брючину и еще раз посмотрев на ранение. — Едва ли.
— Да, едва ли. Хорошо, что хоть ты у нас реалист, в отличие от меня. И все же я буду…
— Краток?
— Нет, не дождешься. Про твои ощущения мы уже поговорили. Мы тебя ребутнули, так что система должна наладиться окончательно. Мне бы очень хотелось, чтобы ты еще реально вспомнил происходившее в городе. То, что ты видел и знаешь. Может быть, ты и правда что-то начал вспоминать, но у меня нет в этом уверенности. Поэтому спрошу еще раз: психолог нужен?
— Включай, — ляпнул я и уселся поудобнее, немного поерзав на крыше. В зону видимости сферы я даже не пытался влезть. Не хватало еще, чтобы меня заметили раньше времени.
— Намек понял. Совесть мучает?
— Я их не могу взять и бросить, — признался я.
— Можешь. И должен. Девочка хороша собой, и я бы на твоем месте даже замутил бы с ней. С одним-единственным «но».
— Говори, — попросил я, когда понял, что пауза затянулась слишком надолго.
— В нормальном городе и вне условий околовоенного времени.
— Я же попросил тебя обойтись без понятной только тебе терминологии, ага?
— Ладно-ладно, — я услышал, как Кирилл барабанит пальцами по столу. — Мое мнение неизменно. Оставить. Прямо сейчас. Найди пилота. Ты что, один не сориентируешься в городе? Третьи сутки идут, а ты до сих пор в голове у себя карту не составил?
— Знаешь ли, здесь все одинаковое. Ничего, что могло бы указать на центр, кроме примерного направления а-ля «север-юг». Так себе ориентиры.
— И потому тебе нужен вертолет. Суток на поиски тебе хватит.
— Ага, еще скажи найти тех, кто отправил этот вертолет. Прийти и сказать — а ну, давайте мне пилота! — я скинул рюкзак и достал бутылочку воды. В горле пересохло, но есть не хотелось. К счастью.
— Может произойти и такое. Но я видел, на что ты стал способен. «Эгоист» делает тебя кратно сильнее обычных людей. Понимаешь? По всем параметрам. У тебя нет в руках никаких дополнительных полимеров, но ни один спортсмен в мире не способен так долго и упорно колошматить стену — результативно причем!