— У нас есть свои военные, которых мы недолюбливаем, — теперь настала моя очередь улыбаться. — Не только те, что стоят вокруг Питера. Но вообще. Говорили, что они прорвались внутрь следом за группой каких-то злоумышленников. Я же пытаюсь понять, насколько реально пройти большой группе незамеченными. И у меня складывается впечатление, что даже мы бы вдвоем с напарником не смогли бы здесь пройти.
— Конечно, город как на ладони. Без камер, без спутников, без вышек и прочего — мы все равно видим всех, кто проходит через улицы. Но, быть может, если бы вы хорошо прятались, то одного или двоих мы бы точно не заметили. А вот группу не заметить нереально. Следы. Шум. Мусор. Признаков много. Видишь или сразу, или замечаешь следы прохода. Тебя я, например, издалека заметила. Да ты и не прятался.
— Я догадывался, что иду либо к твоему охладевшему телу, либо к тебе.
— Мило, мило, — Дарья перехватила карабин покрепче и уставилась в точку далеко за окном: — а вот у нас, кажется, гости.
Глава 34
— Молчим и все. Положу всех сама, — прошептала она и медленно подняла оружие.
Я встал так, чтобы из соседнего окна видеть все происходящее, но не стал подходить близко. Картина была неприятная, но не пугающая: к нам приближались пятеро в зимнем камуфляже, который на фоне пятнистого города, бетонного с проплешинами снега, был так же бесполезен, как и серый городской камуфляж.
Хорошее вооружение, но рюкзаков нет. Разгрузок тоже. В дальнюю дорогу так людей не собирают. Скорее всего, бойцы идут из какой-то точки рядом. Но единственная точка поблизости — бомбоубежище.
Я не стал комментировать происходящее, позволив Дарье взять на мушку первого из группы. Хороший хват, уверенный упор, правильная стойка — пока что из всех встреченных мной людей я видел наиболее профессионального бойца, с которым можно хоть оборону выстроить, хоть в атаку пойти.
Но она медлила, не стреляя в группу. Полуавтоматический карабин в хороших руках успел бы перебить половину, не успей остальные даже пошевелиться. Более того, остальных она бы добила прямо на улице. Но все же медлила.
Я по-прежнему молчал, только пистолет взял наизготовку. Если начнется стрельба и кто-то побежит — беглец будет моим.
Группа шла, не замечая нас. Да и вообще нас сложно было заметить, потому что здание удачно построили, словно для обороны. Солнечный свет падал сейчас не в окна, поэтому нас никто не мог заметить. Не только увидеть, но и вообще заметить.
Бойцы в камуфляже дошли до пролома в середине дороги, цепочкой начали обходить его по стороне, ближней к зданию, где мы укрывались. И покинули зону обстрела.
— Чего ты медлила? — спросил я негромко, когда Дарья опустила карабин. — Или узнала кого-то?
— Так свои. Плохой знак. За тобой пришли.
— Свои — твои? Из убежища?
— Ага.
Я решил обойтись без предположений. Почти все идеи, которые могли объяснить безопасный для меня выход такой группы, были дурацкими настолько, что их действительно было проще не озвучивать.
— Выглядит очень странно.
— Поднимись наверх, — попросила Дарья. — Это безопасно, поверь мне.
— Я привык никому не верить.
— Бегом давай, — она шагнула в мою сторону так, как обычно делают, когда хотят напугать ребенка. Я вздернул бровь, но все же послушался ее совета. — Если скажу, что снег пошел, спускаешься вниз и помогаешь валить всех. А я пока узнаю, чего творится в голове у Викторыча.
Я поспешил наверх. Там и правда было холоднее, хотя ветер гулял примерно одинаково как на втором, так и на третьем этаже. Разве что над головой ничего не было.
Пистолет я не убирал. Идея с перекрестным огнем или ловушкой другого плана — хорошая идея со стороны Дарьи. Охотница!
С видом на третьем этаже было не сильно лучше, чем на втором, но все преимущества большей высоты резко нивелировались проблемой холода и осадков. Разведчица носила плащ, а под ним она могла носить сколь угодно много теплой одежды. Но наверху пронизывающий ветер обычному человеку явно мешал. Меня же грели технологии.
Пропавший, как всегда, Кирилл в этот раз исчез вовремя. Если бы мне пришлось с ним разговаривать, я наверняка выдал бы себя противнику. Но вместо этого я просто стоял и ждал. Точнее, присел, укрывшись за рухнувшей стеной.
Свистящий ветер теперь стал большой проблемой. Но не из-за холода, а из-за звука. Шум мешал настолько, что я не был уверен, что расслышу выстрелы. Не только голос разведчицы, но и стрельбу.
Впрочем, мне недолго осталось ждать — два выстрела пробились сквозь свист. Разных. И оба не принадлежали карабину.