— Прости меня, прости, — бормочу я, не в силах оторвать глаз от его лица. — Если бы я только знала, если бы могла предположить… Я много раз собиралась, но стихи, но память…
Мне становится невыносимо страшно, что я сейчас проснусь и всё кончится. Я стискиваю его пальцы. Они отвечают на пожатие. Это не сон! Это на самом деле!
Он улыбается.
— Давай просто посидим и посмотрим друг на друга. «Мы с тобой на кухне посидим, сладко пахнет белый керосин. Острый нож да хлеба каравай. Хочешь, примус туго накачай. А не то веревок собери — завязать корзину до зари, чтобы нам уехать на вокзал, где бы нас никто не отыскал».
— Ты напишешь это только через двенадцать лет, — снова пугаюсь я.
— Чепуха. Теперь мы вместе. Времени больше не существует. Только сейчас и нездесь.
— Где это — «нездесь»?
— А вон там. Мы посидим, а потом выйдем вон туда, в нездесь.
Он показывает на дверь. Она открывается — в точности, как тогда. Опять кто-то вошел или вышел, но видно лишь сияющий розовым закатным золотом прямоугольник.
— На Николаевскую? Она сейчас Карла Маркса, — говорю я, как дура. — Я побывала здесь один раз и решила, что больше никогда сюда не вернусь. Там какой-то кинотеатр, кафе-мороженое. Ничего нашего там нет, давай лучше останемся здесь, мне больше ничего…
— Там то, чего мы никогда не видели, — перебивает Ося. Он вечно перебивал меня, не дослушав. Иногда это безумно меня раздражало. А сейчас я задохнулась от счастья.
— Что же? Что там? — смеюсь я.
— Понятия не имею. Выйдем — узнаем.
Он тоже засмеялся.
Утром, проснувшись, Вера увидела, что ее подопечная не дышит. Из-под приоткрытых век невидяще блестят глаза, губы растянуты в улыбке.
Вера не удивилась, не испугалась, лишь всхлипнула. Все говорили, что это последние дни, знала это и Н.Я., хотела умереть не в больнице, а дома.
Молодая женщина прикрыла ладонью холодные веки, а губы трогать не стала — пусть улыбаются. Молиться Вера не умела, сказала вполголоса: «Спасибо, хоть умерла легко».
Врачиха из «скорой помощи», усталая после ночной смены, даже не приложила фонендоскоп.
— Умерла бабулька? Э-хе-хе. Все там будем.
Примечания
1
«Посмертные записки мсье Гурона, согласно его последнему желанию сожженные непрочитанными» (фр.).
2
30 марта 1838 года, без четверти полночь.
Ну что ж, приступим (за неимением пока что другого названия).
3
Приди и воззрись на окрестную Радость:
Вот Ветер прохладный
Качает Листвой. (нем.)
4
Солнцеподобный взор (фр.)
5
Фредерик-Сезар де Ля Гарп. В России меня зовут Петром Ивановичем. (фр.)
6
Падение в (иное) время (фр.)
7
Слишком много величия, слишком мало нормальности (фр.).
8
Бородач (фр.)
9
эту неразумную планету (фр.)
10
с благодарностью и без сожалений (фр.)
11
Злой Рок (нем.)
12
«Боже, Боже мой, пошто оставил меня?» (нем.)
13
Ледяная каша (нем.)
14
Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
Достоинство, что просит подаянья,
Над простотой глумящуюся ложь,
Ничтожество в роскошном одеянье (Пер. С. Маршака)
15
Все мерзостно, что вижу я вокруг…
16
Здесь и прыгай (лат.)
17
«Свод канонического права» (лат.)
18
Дней лет наших — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет (лат.)
19
Расскажи мне историю рода Корнаро (исп.)
20
Дня Пресвятых Тела и Крови Господних (лат.)
21
Воспойте, уста, тайну
Достославного Тела,
Драгоценной крови…
22
Приветствую ваше высокопреосвященство! (лат.)
23
Неслыханная нелепица (лат.)
24
Аристотеля много не бывает (лат.)
25
Первую в мире женщину-лауреата (ит.)
26
В чистом виде (лат.)
27
А какой будет отмычка при переводе на украинский язык? (укр.)
28
захотел стать поляком (польск.)
29
Переводчиком комендатуры штадтхауптманшафта Лемберг (нем.)
30
«Восточные помощники» — официальное название местных кадров на оккупированной территории.
31
отымели (нем.)
32
лицо-картофелина (англ.)
33
«Тот, у кого нет музыки в душе, Кого не тронут сладкие созвучья, Способен на грабеж, измену, хитрость; Темны, как ночь, души его движенья, И чувства все угрюмы, как Эреб: Не верь такому». (Пер. Т. Щепкиной-Куперник).
34
Что это? Шекспир? (англ.)
35
Давайте говорить по-английски! Я разговариваю сам с собой на языке Байрона и Оскара Уайльда, чтобы не сойти с ума в этой адской дыре! Но кто вы? Почему вас так ужасно пытают? (англ.)
36
Они хотят от меня того, чего я им дать не могу (англ.)
37
Как же я мечтаю увидеть Париж! Вы там бывали? (фр.)
38
Какое невероятное счастье (фр.)
39
«Под мостом Мирабо тихо Сена течет». (фр.)
40
Сохраняй хладнокровие, Стив. Имей терпение, Стефан. (англ., фр.)
41
Быстрей открывайте! Ради бога поспешите! (фр.)
42
Русские узнали ваш адрес. У нас в Сером Доме агент. (фр.)
43
Но как… куда?! (фр.)
44
Мечты-надежды (укр.)
45
В неволе одинокий (укр.)
46
Неисповедимы пути Господни! (фр.)
47
«Здесь покоится в Господе Нашем Иисусе Христе Софи графиня де Сегюр» (фр.)
48
Урожденная Ростопчин (фр.)
49
Бог, мои дети и мои книги (фр.)
50
«Небо Седана» (фр.)
51
Хорошая кровь не обманет (фр.)
52
Итак, любезнейший, что вы предпринимаете, вы лично? (фр.)
53
С возрастом вы делаетесь всё больше похожи на фарфоровую вазу эпохи Тан, слегка потрескавшуюся, но оттого еще более прекрасную. (фр.)
54
А вы становитесь всё больше похожи на ирис, покрытый золотой пыльцой и оттого нетленный.(фр.)
55
Моя сестренка в любви (фр.)
56
Светоч Отчизны (фр.)
57
Матери Фиуме, братья Фиуме, сестры Фиуме! Сегодня наша вера тверда, наша любовь к Италии и Фиуме неугасима, у каждой и у каждого… (ит.)
58
Будут восстановлены (нем.)
59
Душа моя (нем.)
60
Для релаксации духа (нем.)