…Вот так – с митингов и сбора подписей – началась карьера Немцова – депутата, губернатора, первого вице-премьера и практически официального «преемника» президента Ельцина в 1997–1998 годах.
С таких же экологических требований начал свою предвыборную кампанию профессор Анатолий Собчак в тогда еще Ленинграде.
Он достал мегафон и стоял по утрам у станции метро, когда на работу валом валил трудовой народ – агитировал сам за себя. Раздавал листовки и приглашал на предвыборные митинги (Собчак выставил свою кандидатуру на первый Cъезд народных депутатов). Не раз и не два на него пытались давить – и друзья, и хорошие знакомые, и начальство: брось, прекрати, зачем тебе неприятности, ты же все равно проиграешь. Но он упрямо «лез на рожон» и стал одним из первых демократически избранных мэров в стране.
Сегодняшние яркие оппозиционеры ХХI века склонны забывать все эти истории, рассуждая о «партийной номенклатуре», которая воспользовалась итогами перестройки. Между тем практически вся политическая элита 90-х пришла во власть именно таким путем. Без всякого «разрешения» и без всякой помощи со стороны горбачевской КПСС. Компартия активно и дружно ненавидела всех этих выскочек, готова была сожрать их с потрохами, использовала все традиционные ресурсы в борьбе с демократами – от слежки и прослушки до черного пиара, от пропагандистских листовок до тотальной мобилизации советской «общественности».
…Не помогало.
Разбуженное общество само двигало наверх своих лидеров, неформалов и бунтарей.
Демократы в 90-е занимали порой такие должности, которые даже в условиях революции, по идее, должны были бы достаться лояльным новой власти опытным управленцам и профессионалам прежней школы.
…Так, например, первым главой администрации президента Ельцина стал вначале Юрий Петров, бывший первый секретарь Свердловского обкома партии, опытный бюрократ, которого Борис Николаевич поставил на тот пост, где требовались его прежние навыки и умения – способность «организовать процесс», хладнокровие и здравый смысл.
Однако Петров на своей должности просидел чуть менее года. Его место занял Сергей Филатов.
Вот как сам Филатов описывает начало своей политической карьеры. Он работал в научно-исследовательском институте, который назывался ВНИИметмаш (Институт металлургического машиностроения), возглавляемом академиком А. И. Целиковым. Зная его общественный темперамент, коллеги по институту предложили ему баллотироваться в депутаты на российский съезд, который тогда, в 1990 году, избирался впервые.
«Хорошо помню всех, кто хотел избираться по нашему избирательному округу, но их по разным причинам не зарегистрировали. Значительно позже я понял, что этот округ берегли для секретаря горкома партии В. К. Белянинова. Он был генеральным директором нашего института… И мне было бы морально труднее с ним бороться, если бы он представлял себя в личном качестве, а не партийную систему, которая пыталась сохранить свое правящее господство. Тем не менее это был единственный, по-моему, округ, где было зарегистрировано всего два кандидата. В остальных – по шесть, восемь, двенадцать кандидатов…»
И Филатову, рядовому научному сотруднику, удалось победить. Причем победить своего бывшего начальника, который занимал в огромной Москве один из ключевых постов в системе партийной власти.
Сергей Станкевич – тоже депутат, кандидат наук, юрист, никогда до того не работавший чиновником – в то время инструктировал Филатова и других демократических кандидатов в Москве, как вести избирательную кампанию. Сам он вскоре станет вице-мэром, заместителем Гавриила Попова.
Примеров такой удивительной карьеры в 90-е было множество: десятки, сотни и тысячи.
«Тогда уже существовал Ленинградский народный фронт, – писал позднее Сергей Васильев, экономист, соратник Гайдара, баллотировавшийся в Ленсовет. – Мне выделили округ недалеко от места жительства в Ульянке. Кампания обошлась в тысячу рублей. Я мобилизовал студентов, которые стояли с транспарантами. А район тяжелый, потому что там дома Кировского завода, и моим главным противником оказался рабочий с завода. Он был уверен, что победа у него в кармане, однако в первом туре исключительно за счет консолидации протестного электората я его обошел: у меня 27 процентов, у него 23. Во втором туре было все серьезнее. Миша Киселев (сотрудник ФИНЭКа, был избран народным депутатом РСФСР. – А. К., Б. М.) предложил использовать технику шелкографии: делался трафарет, и можно было прокатать неограниченное количество листовок, причем ощущение такое, что они написаны фломастером, от руки… Лозунги были не слишком замысловатые: “Народный фронт поддерживает”; “научный работник знает, что делать с экономикой». В результате я выиграл: 53 на 39. В последний день технология была такая: листовки вешались на раскрывающиеся двери лифта. Конкуренты, когда ходят и сдирают листовки в подъездах, их не видят. А человек сел в лифт – и вот она здесь!