Фрэнки прижался носом к стеклу.
На афише были изображены шестьдесят или больше мальчиков, одетых в форму военного покроя, пелеринки и шляпы с перьями.
Из магазина вышел крошечный человечек в красном фартуке, с навощенными и подкрученными на старинный манер седыми усами.
— День добрый, джентльмены! — Он кивнул на афишу. — Эти ребята — просто нечто, правда? Знаменитый Филадельфийский оркестр губных гармоник! Мальчики, вы тоже хотите участвовать в конкурсе? Время еще есть!
— Что за конкурс? — заинтересовался мистер Говард.
— Общегородское состязание, состоится в августе. Тысячи мальчишек по всей Филадельфии берут уроки игры на губной гармонике! Множество призов, среди них музыкальные инструменты, а пятеро победителей смогут поступить в оркестр и вместе с ним отправиться в турне. Дамы — добровольные помощницы — собирают деньги на униформы и жилье для мальчиков, и даже на их обучение в колледже!
Фрэнки закивал, как будто главный знаток.
— Мы тоже хотели попробовать, чтобы вырваться из приюта, но теперь уже не надо, потому что нас усыновили!
— Ну, это чудесно! Хотя вы все равно можете участвовать, просто для своего удовольствия, — сказал мистер Уилкинсон.
— Так нужно купить официальную гармонику оркестра и надо быть старше десяти лет, если только ты не талисман. Видите? — Фрэнки показал самого младшего мальчика на афише.
— Верно, верно. Этот малыш у них недавно появился. Он не ездит на гастроли, выступает с оркестром только здесь, в городе. У них на этот счет строгие правила. Но он такой симпатяга в этой своей форме! — Владелец магазина подмигнул Фрэнки. — И насчет гармоники ты правильно сказал. Допускается только модель «Марин Бенд» Хонера в тональности до мажор. Я как раз вчера получил партию со склада — разлетаются, как горячие пирожки! Всего шестьдесят пять центов за штуку.
Он вытащил из кармана фартука носовой платок в полосочку и вытер лоб:
— Кстати, о горячих пирожках — жара нынче, как в печке. Скоро совсем меня доконает…
Фрэнки, задрав голову, посмотрел на мистера Говарда.
— Нам бабушка подарила гармошки, а миссис Пенниуэзер их отобрала.
Мистер Говард улыбнулся:
— Мистер Уилкинсон, я думаю, конкурс нас не интересует, а вот две губные гармошки, пожалуй, будут как раз кстати.
— Сюда, пожалуйста!
Мистер Уилкинсон распахнул дверь, и прикрепленный к ней колокольчик мелодично звякнул.
Мистер Говард и Фрэнки подошли к прилавку около кассы.
— Осторожнее, тут под ногами котята бегают, — предупредил мистер Уилкинсон. — У нас их трое в магазине.
Майк прошелся по узкому центральному проходу, внимательно глядя под ноги и вдыхая запахи канифоли, лака и кожаных футляров. Он не успевал рассмотреть музыкальные инструменты, которые теснились повсюду: трубы в стеклянной витрине, виолончели, выстроившиеся по стойке смирно, подвешенные к потолку скрипки, тарелки, малые барабаны, большой барабан на подставке. Похоже на магазин, куда его водила бабушка покупать ноты. «Правда, чудо?! — говорила она. — Музыка только и ждет, когда ее выпустят на волю из всех этих инструментов». Майк улыбнулся, вспоминая — он все ждал, что из тубы или тромбона вылетит вереница черненьких нотных знаков.
К нему подбежал Фрэнки, держа в одной руке трехцветного котенка, а в другой — новенькую губную гармошку.
— Майк, смотри! К ней прилагается еще книжечка с песнями. Вот послушай! — Он подул в отверстия гармоники, пройдясь по всей гамме. — Правда, здорово звучит? Я взял последнюю у кассы, а тебе мистер Уилкинсон сказал подойти к дальнему прилавку и взять из коробки, которую он только что открыл.
Фрэнки вернулся к мистеру Говарду, который разговаривал с мистером Уилкинсоном.
А Майк стал пробираться в глубь магазина и в конце концов нашел прилавок рядом с занавешенным входом в кладовую. На прилавке стояла большая вскрытая коробка, доверху наполненная узкими коробочками. Майк взял одну и открыл. Там лежала рядком дюжина картонных футляров. На крышке каждого была отпечатана фотография Оркестра морской пехоты США.
Майк зацепился взглядом за последний футляр. Ему показалось, что синяя каемка словно бы ярче других, фотография оркестра — четче. Майк взял коробочку в руки и — вот честное слово! — услышал тихий звук, словно где-то тоненько прозвенел колокольчик. Майк оглянулся. Наверное, это звякнул кассовый аппарат мистера Уилкинсона.
Майк достал из футляра губную гармошку, повертел в руках. Разглядел сбоку крошечную, нарисованную от руки красной краской заглавную букву «В». Поднес гармошку к губам, пробежался по гамме, а потом сыграл заключительные шесть тактов «Прекрасной Америки». Задержал дыхание, пока не отзвучала последняя нота, и все музыкальные инструменты в магазине словно отозвались долгим эхом.