Они посмеялись. Неловко. Но по-настоящему. Потом снова затихли, но что-то в воздухе стало чуть легче. Как будто и правда — не одни. Кассиан вытер глаза, где-то между усталостью и истерикой.
— Ладно. Буду надеяться, что хотя бы ты не мебель.
— Мебель не перевязывает плечо и не варит зре́ву, — отозвался Герн. — Хотя… с таким ножом — может и пригодится, если что.
— Не дразни. Я теперь вооружён и всё ещё не глуп.
Герн усмехнулся. Костёр качнулся, отбросив на его лицо блики — всё те же тёмные линзы. Но Касс вдруг понял: под ними улыбаются.
Они оба затихли.
Костёр медленно догорал, угли слабо светились в центре, будто чьи-то глаза в темноте. Тишина вновь начала врастать между ними, но уже не как стена — как старая, привычная одежда. Тёплая, пусть и прохудившаяся.
Кассиан лежал, глядя вверх. Где-то там — небо. Настоящее. Без ламп. Без потолков. Только пустота. Ни звезды, ни полосы света. Только бескрайнее «ничто».
Он пытался найти в этой черноте хоть что-то знакомое. Хоть один знак, что над ним всё ещё тот же мир. Или другой — но не враждебный.
Но не находил. И всё же не отворачивался.
Мысленно перебирал всё, что узнал за последние дни. Всё, что услышал от Герна. И что не услышал. Разрывы в словах, паузы, то, что не было сказано — иногда значило больше, чем прямой ответ.
Мир был не мёртв. Он просто стал другим. Шероховатым. Слепым. И, кажется, немного сумасшедшим.
Мысль блуждала. Отвар всё ещё грел изнутри. Кассиан зевнул, не открывая рта, чтобы не потревожить тишину.
Последнее, что он почувствовал — это лёгкий запах дыма, трав и земли. И почти неслышный скрип кожи, когда Герн пошевелился рядом, укрываясь плотнее.
Он уснул. Не потому, что было безопасно. А потому, что дальше — не мог.
...
Кассиан проснулся внезапно — как от внутреннего толчка. Не от шума, не от света, просто… пришло время. Он лежал на том же плаще, только теперь одеяло ночи отступило. Где-то далеко серел утренний свет — слабый, неуверенный, как будто мир только учится просыпаться.
Костёр давно потух. От него осталась кучка золы, по краям которой лениво тлели редкие угли.
Герна не было.
Кассиан медленно сел. Тело отзывалось тяжестью, но не ломило. Плечо ныло — но уже не обжигало, просто напоминало. Он пошевелил рукой. Аккуратно. Жив. Работает.
Он стал перебирать свои вещи. Сначала — машинально, потом всё внимательнее.
Он уже собирался отправиться в путь, когда услышал шаги. Неторопливые. Шлёпающие. С характерным прицельным шорохом тех, кто не хочет кого-то разбудить, но и не скрывается.
Герн появился из-за бетонной арки, неся в руках самодельную сетку. Внутри — несколько шевелящихся, но уже дохлых грызунов. Тёмная кожа, вытянутые морды, хвосты — как жилы. Глаза мутные, лапы длинные. Вся троица выглядела так, будто сошла с рисунка безумного биолога.
Кассиан сжал челюсть.
— Это… завтрак?
— Это не ты, — хрипло сказал Герн. — И не я. Так что — да. Завтрак.
Он бросил сетку рядом с остатками костра и начал деловито копаться в травяном мешке, доставая какой-то тугой свёрток.
— Они… не ядовитые?
— Нет. Уже нет. Я проверял. Уши не шевелятся — значит, можно. Кто шевелит уши после смерти — тот сам виноват.
Герн присел у потухшего костра и принялся заново разжигать его. Ловкими движениями рук он настрогал опилок от оставшихся веток, бросил их в остатки вчерашнего костра и поджег. Пока пламя разгоралось, Герн опустошил сеть и достал убитых зверей. Он быстро разделал их, деловито насадил на острые металлические штыри и аккуратно расставил по периметру костра.
В воздухе запахло жаренным мясом. Запах ударил в ноздри и Кассиан невольно сглотнул слюну.
Кассиан взял кусок. На вкус все оказалось не так, как на запах. Но тело принимало. Живот отзывался благодарностью, даже если разум протестовал.
Они ели молча.
В какой-то момент Герн протянул ему флягу. Кассиан отпил, сдерживая кашель — жидкость была горькой, но с приятным послевкусием хвои и угля.
— Ты крепкий, — произнёс Герн. — Другие бы уже отдали ноги ветру. А ты сидишь. Жуёшь. Смотришь. Думаешь. Это… не часто теперь.
Кассиан промолчал. Потом сказал:
— Я должен идти. Путь долгий. Станция С-6 — ближайшая, если я правильно помню карту.
Герн покачал головой.
— Нет. С-6 — мёртвая. Сверху — туман. А в нём… кто-то. Кто дышит не грудью, а головой. Кто слышит шаги и зовёт обратно.
— Там были. Шли назад без глаз. Пусто. Только крик внутри. Я слышал. Не хочу снова.
Он швырнул обугленный хвостик грызуна в костёр. Искры коротко вспыхнули.
— Поэтому… не туда. Пойдём в обход. С-7. Дальше. Но живо. Я покажу.
Кассиан удивлённо посмотрел на него.