Герн достал карабин и щёлкнул затвором.
— Уже не выйдет тихо.
Первые выстрелы прогремели как хлыст. Один — в стену, второй — в пол рядом с кабелем. Патруль шёл не просто искать. Они уже знали, кто здесь. И стреляли на поражение.
Герн прижал Касса к стене, шагнул вперёд. Вернулся на угол и в момент, когда один из преследователей показался, выстрелил первым. Тот упал — без крика. Второй откатился в сторону, дал очередь по проходу. Искры сыпались с арматуры, бетон крошился над головой.
Касс упал на живот, ползком добрался до технической ниши. Там — задвижка, старая, проржавевшая, но ведущая куда-то вниз. Он дёрнул за неё, и решётка подалась.
— Сюда! — крикнул он, почти не слыша себя.
Герн отступал, стреляя коротко и точно. Он не целился долго — просто задерживал их, на полсекунды, чтобы выиграть ещё мгновение.
Когда они оба оказались в шахте, он захлопнул задвижку. Спуск был крутой, почти вертикальный. Они скользили, падали, цеплялись за металл, пока не ударились о дно.
Вокруг — темнота. Запах ржавчины и гари.
— Где мы? — выдохнул Касс.
Герн не ответил сразу. Он встал, посветил фонариком на стену. Там, под слоем копоти, проступали выцветшие буквы.
D-2.
Касс застыл. Это название он знал. Карта метро всплыла в памяти, словно печать со дна. Серый сектор. Заброшенная ветка. Ветка, которой никто не пользовался с тех пор, как начались обвалы.
— Это… линия D, — выдохнул он. — Мы под S-11… и, если пойдём дальше — будет D-1, потом C-1. А там уже гражданский путь. Через С-2… и прямо до мегаполиса.
Он говорил это, как будто рисовал маршрут не ногами, а голосом. Как будто сам путь требовал быть названным, чтобы стать реальным.
Герн осмотрел туннель.
— Идти по заброшенному — не лучшее решение.
— Лучше, чем остаться, — ответил Касс. — Это наш единственный шанс.
Вдалеке гул усилился. Сверху что-то осыпалось — возможно, патруль спустился на уровень и уже искал их. Они побежали.
Платформа D-2 обвалена частично, по рельсам валялись куски облицовки, обугленные провода, старые контейнеры. В одном месте туннель проваливался вниз — прямо в инженерный отсек. Пришлось идти боком, прижимаясь к мокрому бетону.
Они бежали в тишине, не оглядываясь. Только шаги, дыхание и редкие вспышки света от фонаря. Где-то в темноте отрывками выла сирена. Не настоящая. Остаточная — от системы, которую не выключили. Она больше не предупреждала. Просто плакала в пустоте.
— Осталось дойти до C-1, — сказал Касс. — Там живут люди. Станция гражданская. Может, получится замаскироваться.
— А если их уже предупредили? — спросил Герн. — Если их канал подключён к станции?
Касс посмотрел вперёд. Темнота не казалась такой глухой. Но в ней были вопросы, на которые не было ответа.
— Тогда… дойдём до границы и посмотрим. Главное — не сворачивать. Не останавливаться.
Они шли. Всё, что осталось от линии D, выглядело, как позвоночник давно умершей системы. Но именно он теперь был их шансом.
Туннель сузился, стены начали покрываться влагой, как будто сама станция потела. Плитка под ногами скользкая, местами — обнажённый металл. Касс шёл первым, прижимаясь к правой стороне — ближе к кабелям. Герн отставал на полшага.
С каждым шагом Касс слышал, как учащается дыхание спутника. Не тяжело — но прерывисто. Как будто воздух отказывался наполнять легкие жизненной силой.
— Всё нормально? — спросил он, не оборачиваясь.
— Воздух… тяжёлый, — выдавил Герн. — Как будто… чужой.
Он присел, опёрся на колено. Лицо — белее обычного. Под глазами выступили тени.
Касс присел рядом, вытащил флягу.
— Пей. Здесь фильтры не работают уже лет десять. Газосостав другой. Возможно, плесень, остатки смол. Может что похуже.
Герн сделал глоток, выдохнул. Взгляд за линзами очков стал мутным. Как будто сам туннель смотрел на него сквозь него.
— Надо пройти, — выдохнул он. — Я… смогу. Пока иду — живу.
Касс кивнул. Поднялся. Дальше шли молча.
Станция D-1 встретила их полной тишиной. Ни звуков, ни колебаний. Только пустота, в которой эхо звучало так, будто это не их шаги, а кто-то другой повторяет за ними чуть позже.
Касс осветил потолок. В центре — старая решётка вентиляции, изогнутая, как будто её кто-то тянул наружу.
— Что это было…? — прошептал он.
Герн не ответил. Он стоял, согнувшись, ладонь прижата к груди.
И тут Касс увидел это.
В дальнем конце станции, прямо за полузакрытым турникетом, лежало что-то, что сначала показалось кучей хлама. Но свет зацепил ребро. И потом череп. Небольшой. С изогнутой челюстью.
Он шагнул ближе. Ещё один. Там были кости. Много. Маленькие. Сломанные.