– Бегите пока можете, нищие шавки! – толпа залилась смехом. Персиваль остановился, сделал глубокий вдох, сжал с двойной силой кулак и вновь готов бросится в бой. Однако, как и прежде был остановлен другом.
Позже, в ходе разговора выяснилось, что такое поведение со стороны шайки было вызвано попыткой Ланцелота защитить парнишку из параллели. Пришлось взять удар на себя. На вопрос Персиваля – Почему ты не дал мне разобраться с ними? Почему сам не разгромил их?! – последовал простой ответ.
– Не знаю, наверное, так правильно. Кто-то же должен защищать окружающих. Зло породит только большее зло и иного быть не может. – Его слова казались Персивалю странными, правильными, но нереалистичными. Никак не мог понять, о чем именно говорит Ланц, но говорил он это с такой страстью и огнем, что пришлось смириться и поступившись, Персиваль досрочно передал победу в словесной дуэли другу.
Временами, лежа в полной темноте, на границе мира сновидений и реального, Перси вспоминал этот разговор, сам не зная почему. Эти слова, эта речь, это пламя не давало покоя. Постоянно пытаясь разобраться – загонял себя в тупик нежелания принимать истину в которой живет его товарищ, а ведь она была так проста. В те моменты, когда они оставались наедине, появлялось желание узнать все больше, раскрыть эту тайну горящих фраз, так горячо разжигающих интерес, увы из раза в раз, что-то случалось и до этого не доходило. И каждый раз, лежа в мягкой, убаюкивающей постели, говорил себе – Завтра точно спрошу – но вот проходили дни, месяцы, сменялись времена года, и назойливая фраза начала остывать, интерес смягчился, а потом и вовсе пропал, хотя и крутился на подкорках сознания, настолько далеко, что даже при попытке вспомнить о ней, лишь удавалось доставать из памяти отрывки, когда-то сводящего с ума разговора.
Два с половиной года пролетели мгновением. Особо холодная зима окутала весь Англорд, даже горящие острова Индруиса затрещали от холода. Заина* – королева льда явила свою власть во всей ее красе. Так и в Аркане, в новогодние праздники*, все пытались отогреться и навеселится вдоволь. Камины горели ярче солнца, так что кончики пламени щекотали потолки монументального дворца. Так, защищенные стенами академии, студенты решились отпраздновать всем вместе. Накрыли огромный стол, скрипящий под весом яств, мед и напитки, один слаще другого. Хотя еще до вечера было далеко, дружное трио уже собралось вместе.
Когда Ланцелот заканчивал упаковывать подарки, с особым трепетом поправляя каждый узелок подарочной упаковки, сам не замечая высунул язык и накренил голову под совершенно невозможным углом. В его комнату покачиваясь вломился Персиваль, пытающийся удержать на плечах разрисованную краской, трубящую в рог и звенящую колокольчиком Рико. Ланц быстро обернулся и с улыбкой поприветствовал друзей, как тут же, ведьма, вставшая на плечах в полный рост, прицелившись метнулась лисой. Успешно повалив цель принялась терзать добычу своими когтистыми лапами, то и дело находя все более и более уязвимые места. Щекотка сделалась невыносимой, Ланцелот едва ли успевал набирать воздух.
– Прекрати, я больше не могу… – сквозь смех произнес Ланцелот.
– Умоляй о пощаде! – приказала Рико и опрокинув голову вверх, залилась маниакальным хохотом.
Все это продлилось несколько минут, пока Персиваль, облокотившись на дверной косяк, с наслаждением смаковал каждую секунду. Кое-что его прервало. Взгляд устремился на стол и тут пришло понимание – он забыл подготовить подарки. Снова. Все давно уже привыкли, что Перси забывает про праздники, а тем более, что к ним нужно готовится. Поэтому он либо выкручивался в моменте, либо, что происходило чаще, дарил подарок после празднования. Все уже привыкли к этому. Все кроме него. Его всегда терзала забывчивость по отношению к таким простым вещам. Часто приходилось с ней бороться, но война не была выиграна.
Рыжая тоже заметила разноцветные коробочки и пощадив товарища, ринулась к столу. Схватив коробку со своим именем начала трясти ее внимательно прислушиваясь. Желание открыть подарок сейчас было велико, но Ланц вовремя ее остановил, напомнив, что все подарки нужно открывать в новогоднюю ночь. Персиваль поддержал друга и напомнил о важности соблюдения всех традиций. Рико посмотрела в его глаза, слезлива и давя на жалость. Прижимала, не желая отрывать от груди, но сдалась и медленно, очень печально отложила. – Ну и актриса – одновременно подумали мальчики. После Персиваль посмотрел на пустое запястье, поправил очки и твердо произнес – Рико, нам нужно срочно идти. Ты и я. Долго объяснять, но это нужно сделать сейчас. – Последняя быстро смекнула, что происходит и подыграв удалились за подарками.