Два стража у входа переговаривались, лениво опираясь на алебарды. Младший, коренастый и насмешливый, потирал подбородок и смотрел на неё свысока.
— Ну и куда его, братец? — проворчал он, кивнув на худую фигуру. — Управляющего нет, офицеры в полях, а этот… с жалобой приперся.
Старший стражник, высокий и широкоплечий, лениво окинул взглядом короб в её руках.
— А что у тебя там, парень? — усмехнулся он. — Остатки былой роскоши?
Он толкнул товарища локтем, и тот фыркнул.
— Черепки, ваша милость… — прошептала Иолансия, опустив глаза. — Солдаты герцога разбили весь товар…
— "Ваша милость"!— передразнил младший, закатив глаза. — Слышал, брат? Уж не дворянин ли забрёл в наши края?
Они оба рассмеялись, и это смех резанул её по нервам. Гнев клокотал внутри, но она сжала зубы.
Если бы не нужны были деньги… если бы не этот проклятый Стамф…
Старший стражник притворно задумался.
— Так куда его? Герцог с Валеном в кабинете, совещаются. Если ворвёмся — нам же достанется.
Младший хитро щурился, перешёптываясь с товарищем. Тот усмехнулся, кивнул, затем наклонился к Иолансии с фальшивой серьёзностью.
— Ладно, парень. Раз уж ты такой важный — проведём к самому герцогу. Только смотри… — он пригрозил пальцем. — Если его светлость в гневе — тебе не поздоровится. А уж если Вален не в духе…
Он свистнул, проводя рукой по горлу.
Сердце Иолансии сжалось, но она лишь сильнее впилась пальцами в короб.
— Я… я не хотел беспокоить…
— Ой, да ладно тебе! — громко перебил младший стражник. — Раз пришёл — получи по заслугам.
Он переглянулся с товарищем, и в его взгляде читалось жестокое любопытство.
— Интересно, сколько он продержится, пока Дарвис не швырнёт его в окно?
Старший фыркнул, затем выпрямился с напускной важностью.
— Шагай, ваша милость. Не задерживай его светлость.
Они двинулись вперёд, ведя её к кабинету герцога, и их шёпот, усмешки, звучали за спиной, как плеть. Иолансия шла, сгорбившись, но не от страха — от ярости.
Если бы не дом… Если бы не долг…
Но назад дороги не было.
Перед массивными дверями кабинета герцога Иолансия замерла. Стражник, грубый и насмешливый, толкнул её плечом вперёд, но сам не вошёл — лишь постучал, выжидающе склонив голову.
— Прошение от простолюдина, ваша светлость, — доложил он, голос внезапно подобострастный.
Из-за двери донёсся раздражённый вздох, затем короткое:
— Войдите.
Сердце Иолансии сжалось. Она вдохнула запах воска, кожи и старого пергамента, пробивавшийся сквозь щель, и шагнула внутрь.
Кабинет герцога был просторным, но тесным от обилия вещей. Высокие стрельчатые окна, затянутые пыльным черным шёлком, пропускали тусклый свет, смешивая его с дрожащими отблесками свечей. Стены, обшитые тёмным дубом, терялись за стеллажами, ломящимися от свитков. Посреди этого хаоса стоял герцог Дарвис фон Арренд — невысокий, но с такой резкой осанкой, что казалось, будто он врос в пол, как стальной клин. Его тёмные, почти чёрные волосы были слегка растрёпаны, а на лице, особенно в глубоко посаженных глазах, застыло выражение холодной усталости.
Посередине комнаты во всю ширину дубового стола была развернута карта, исчерченная красными и черными стрелами. Иолансия успела заметить край с границами гор, но герцог машинально шагнул вперёд, перекрыв собой карту.
Он слегка прихрамывал, опираясь на стол, когда делал шаг— едва заметно, будто стараясь скрыть это.
Рядом, как тень, высился Вален — старший рыцарь, огромный, как медведь, с квадратной челюстью и бритой наголо головой. Его облегченные латы тускло блестели, но каждая зазубрина на них говорила о боях. Он скрестил руки на груди, раздражённо постукивая пальцами по наручу.
— Мы не можем просто так бросить войска на север! — гремел Вален, даже не глядя на вошедшего. — Король требует…
— Я знаю, что требует король, — холодно перебил Дарвис, и его пальцы сжали перо так, что костяшки побелели.