Вечерами она находила у себя в комнате разные вещи: маленькое зеркальце, деревянный гребешок, платочек, заживляющую мазь. Последнее было очень кстати, так как ее кожа с язвами от глины теперь ещё больше потрескалась от чистки овощей.
Однажды, когда её отправили отнести остатки еды в кладовую, Ия свернула не туда.
Коридоры замка петляли, как лабиринт, и вскоре она оказалась перед приоткрытой массивной дубовой дверью с железными скобами. Любопытство пересилило осторожность. Она прислушалась — тишина. Осторожно заглянула, и её встретил прохладный, пыльный воздух, пропитанный запахом пергамента и старого дерева.
Библиотека.
Сердце забилось чаще. Полки, уходящие ввысь, книги в кожаных переплётах с золотыми буквами на корешках… Она шагнула внутрь, забыв обо всём. Только посмотреть.
«Ифнар… Ифнар…»
Её пальцы скользили по корешкам, глаза выхватывали знакомые символы. Она знала, что искать — старые хроники, записи о родовых землях. Если где-то и остались упоминания о её семье, то здесь.
Но времени было мало. Она торопливо перебирала книги, пока не нашла одну — толстый фолиант с вытертым тиснением. Рука дрогнула, когда она развернула его…
Шаги в коридоре заставили её вздрогнуть. Она захлопнула книгу, едва успев прочесть первые строки, и бросилась к двери.
На следующий день в замке царил хаос. Управляющий снова уехал, его помощник метался между кабинетами, роняя свитки и бормоча что-то о поставках. В кухонном приказе, который принёс слуга, была ошибка — вместо «два мешка муки» стояло «двадцать».
Ия заметила это сразу.
Она оглянулась — никто не смотрел. Быстрым движением она исправила цифру, стараясь не привлекать внимания.
Но Вален видел.
Он стоял у входа за бочками с водой, скрестив руки, и наблюдал, как её пальцы уверенно выводили знаки. Как её глаза бегло пробегали по строчкам, не спотыкаясь о слова.
Он подошёл тихо, но она почувствовала его ещё до того, как его тень упала на пергамент. Несмотря на свой рост, рыцарь передвигался абсолютно бесшумно.
— Откуда ты знаешь грамоту? — спросил он, и его голос был тише обычного.
Ия вздрогнула. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно даже сквозь ткань платья.
— Меня… учил странствующий монах, — прошептала она, глядя в стол.
Вален молчал. Потом наклонился ближе.
— Вчера ты была в библиотеке. У книг на языке нашего народа. Мертвый язык ты бы не прочла.
Он помедлил чтобы спросить.
— Кому ты служишь?
Она подняла на него глаза — и увидела не гнев, а… что-то другое.
Она сжала кулаки.
— Вален, можешь меня убить, но я …из мелких разорившихся дворян. Ушла из дома потому, что у меня не было выбора.
Она не собиралась говорить, но слова вырывались сами:
— Стамф… он хотел… — голос дрогнул. — А денег не было. Я пришла сюда, чтобы заработать и отдать долг.
— Кто такой Стамф? - глухо пророкотал Вален.
— Это.. никто. Лавочник, хозяин дома. Раз в месяц приходит за платой. Но у меня не было денег. Он хотел… хотел… — Ия сжала свои плечи руками в попытке успокоиться.
Вален застыл. В его глазах вспыхнуло что-то тёмное, но он не двинулся с места.
— Ты в безопасности, — сказал он наконец. — Никто не тронет тебя.
Он вышел, не оглядываясь.
Ия осталась одна, дрожа от страха перед будущим и гнева на себя. Она знала — он пошёл к герцогу.
________
Дарвис сидел за столом, разбирая бумаги, когда в кабинет ворвался Вален.
— Она не шпионка и не ведьма, — рыцарь говорил резко, сдавленно. — Она дворянка.
Герцог поднял брови.
— И ты поверил?
— Она боится.
— Все боятся, когда их ловят.
Вален сжал кулаки. Он уже знал, что не позволит никому её тронуть.
— Я видел её глаза.
Дарвис откинулся в кресле, изучая друга.