«Как ее семья позволила ей выбрать этот путь?» — эта мысль не давала мне покоя. Она могла погибнуть тысячу раз, но все же стояла передо мной, настороженная, готовая напасть в любую минуту.
— Как тебе удалось выжить? — ее голос прозвучал ровно, но внутри скрывался едва заметный оттенок злости.
Ее вопрос застал меня врасплох. «Как я выжил? Я и сам до конца не понимаю, что спасло меня тогда, на грани… Злость. Злоба. А может, жажда мести?» — и после этого воспоминания я почувствовал, как странная энергия шевельнулась внутри: по телу разлился жар, не принадлежавший обычным смертным, а по пальцам рук прошло ощущение, будто погружаешь холодные ладони в горячую воду. «Так вот что имела в виду та гнида! Вот эту силу он мне "подарил"? Ту, которую я даже контролировать не в состоянии?!» — меня начал переполнять гнев. А в памяти зазвучали его слова: «Ты… Ты мое величайшее творение!»
Она смотрела на меня так, будто знала ответ.
— Ты один из них, не так ли? — ее голос был пропитан злостью. — Тварь из Луцелиона.
После моего недолгого молчания, во время которого я пытался сформулировать ответ, началась гроза. Ветер гнул деревья и завывал, временами принося дуновение холода и влаги, а дождь, капля за каплей, начинал хлестать сильнее. Сверкнула молния, и в тот миг, когда ударил гром, я даже не успел среагировать, как к моему горлу приставили кинжал. Он оказался острее, чем я ожидал: даже при простом прикосновении на коже осталась ранка, из которой начала сочиться маленькая струйка крови.
Глаза девушки пылали ненавистью, а, возможно, в них просто скрывалось что-то большее, то, что я не смог понять или не хотел принимать. На ее повторный вопрос я не колеблясь выпалил:
— Если бы я был из Луцелиона, то убил бы тебя еще до того, как ты начала задавать мне вопросы, — сузив глаза, будто насмехаясь, но ей это не понравилось, и она сильнее нажала на кинжал, который начал впиваться в мою кожу. «Скорее всего, после заживления останется шрам».
— Флерисса, не здесь, отведи его куда-нибудь, и там, если хочешь, убивай; не надо пачкать палатку, — грубый старый голос сказал это с легкой усмешкой, которую я успел увидеть. Мужчина был высокий и широкий, можно было бы даже сказать, что он ходячая гора мышц.
Она раздраженно цыкнула, и я увидел, как на секунду ее пальцы сильнее сжали рукоять. Впрочем, ей хватило мгновения, чтобы принять решение, в котором я остаюсь живым. Флерисса медленно убрала оружие, но ее взгляд оставался таким же холодным. — Сегодня твой счастливый день, — прозвучал ее спокойный голос, в котором, однако, чувствовалась скрытая угроза. — Но я не уверена, долго ли он продлится.
Девушка поднялась, жестом приказав двум наемникам, стоявшим позади. Те, хоть и молчали, но действовали на удивление быстро. Один грубо схватил меня за руку, заставляя неловко подняться. Другой осмотрительно держался на расстоянии, очевидно, понимая мою потенциальную опасность. — Ведем его в изолятор? — спросил один из них.
Флерисса задумалась, ее взгляд на мгновение отстранился. — Нет, — ее голос прозвучал твердо. — Я сама с ним разберусь. Наемники переглянулись, но спорить не решились.
Гроза на улице не утихала; молнии то и дело освещали хмурое небо. Я чувствовал, как необъяснимая сила внутри меня дрожит, неудержимо стремясь вырваться наружу. «Больше не могу…» — и действительно, энергия каким-то образом повлияла на молнию: одна из них с оглушительным треском ударила по земле, рассеивая вокруг себя пыль и капельки дождя. Казалось, вся та неудержимая сила, что клокотала во мне, вырвалась наружу вместе с этим ослепительным разрядом, потому что почти в тот же миг я почувствовал, как она начала угасать. Энергия мгновенно отступила, и я едва не пошатнулся от внезапной слабости. Вместе с ней исчезло и ощущение тепла, оставив лишь холодное послевкусие пустоты.
«Она все увидела. Но почему молчит?» — эта мысль не давала мне покоя и все маячила в сознании. Пальцы Флериссы крепче сжали рукоять кинжала. В ее глазах я заметил не только подозрение — там было что-то большее, что-то такое, чего она, возможно, и сама не хотела признавать. А в ее взгляде четко читалось: она разберется с этим позже — не здесь, не сейчас, но непременно. Флерисса уже приняла решение, которое еще не было озвучено, однако ясно сформировалось в ее мыслях.