Всех нападавших обезвредили и арестовали. Амелия, наконец, была свободна, хотя и пребывала в шоке. Оливия стояла рядом с Джеком, пытаясь понять, что только что произошло. Её мир, её восприятие Джека, её чувства – всё изменилось навсегда. Эта ночь в Лондоне, полная погонь и опасностей, полностью изменила их жизни. И теперь ей предстояло понять, кем же на самом деле был Джек Освин – герой или злодей, оказавшийся в ловушке.
Глава 14: Изгнание
Глубокое подземелье под Тауэром гудело от голосов полицейских, мигающих фонарей и звона наручников. Амелию Смит немедленно освободили и оказали первую помощь. Она была в шоке, но физически невредима. Гарри Броска и его сообщников арестовали, их яростные протесты тонули в шуме. Оливия стояла в стороне, её руки дрожали, а сердце бешено колотилось. Рядом с ней был Том, его лицо выражало облегчение и тревогу. Инспектор Грейс руководила операцией, её хладнокровие было поразительно.
Джек Освин, ссадины на лице, разорванная рубашка, стоял, окружённый полицией. Он спокойно отвечал на вопросы, его взгляд то и дело встречался с взглядом Оливии. В этих зелёных глазах теперь не было ни обаяния, ни манипуляции – лишь усталость и некая странная решимость.
— Мистер Освин, вы будете задержаны, — твёрдо произнесла Эмили Грейс. — Обвинения в краже, создании ложных сведений о личности, а также в препятствовании расследованию. Ваше объяснение о "защите города" будет учтено, но закон есть закон.
Джек лишь кивнул. — Я понимаю. Я сделал то, что должен был. Главное, что Амелия в безопасности. И что вы теперь знаете правду о "Клубе Скрытой Звезды".
Оливия подошла ближе, игнорируя предупреждающий взгляд Тома.
— Джек, ты говорил, что тебя использовали. Кто? Кто стоит за этим клубом?
Джек посмотрел на неё, и на его губах появилась лёгкая, горькая улыбка.
— Это не просто клуб, Оливия. Это теневая организация, которая веками искала "Сердце Лондона" – древний механизм, который, по их поверьям, дает контроль над судьбами города. Я был таким же искателем, как и они, но с другими целями. Я хотел предотвратить катастрофу. Амелия обнаружила, что они планируют активировать механизм в ближайшие дни. Она увидела "ошибку" в их расчетах, которая могла привести к… необратимым последствиям. Я похитил её не чтобы навредить, а чтобы скрыть её, чтобы она не раскрыла их план до того, как я смогу его остановить.
Его слова обрушились на Оливию, как холодный водопад. Вся её картина мира вновь перевернулась. Он был не просто преступником. Он был сложной фигурой, играющей по собственным правилам, возможно, с благородными, хоть и опасными, целями.
Эмили Грейс, услышав это, нахмурилась. — Механизм? Власть над городом? Это уже больше похоже на теорию заговора, мистер Освин.
— Это не теория, инспектор, — Джек указал на огромную, сложную конструкцию, возвышающуюся над алтарем. — Это и есть "Сердце Лондона". Они были очень близки к его активации.
В этот момент, когда полиция выводила Джека, его взгляд снова встретился с Оливией. В нём читалась мольба, но и что-то ещё – вызов. Он рассказал ей свою правду. Теперь ей решать.
Оливия стояла, ошеломлённая. Она получила доказательства его "преступлений", но теперь получила и его "истину". Это была самая сложная дилемма в её жизни. Он лгал ей, манипулировал ею, но возможно, ради спасения. Он разбил ей сердце, но, возможно, спас город.
Позже, когда подземелье было очищено, а Амелия отправлена домой под защиту полиции, Оливия и Том вернулись в свой офис. Тишина была оглушительной.
— Что ты думаешь, Оливия? — тихо спросил Том. Он держал в руках записную книжку Джека. — Веришь ему?
Оливия подошла к окну, за которым Лондон снова погружался в туман.
— Я не знаю, Том. Часть меня хочет верить. Его слова… его отчаяние… Но другая часть кричит, что он мастер обмана. Что он так и остался лжецом.
Томас подошел к ней. — Его прошлое все еще поддельное. Его методы были незаконными. Но… он освободил Амелию. И он указал нам на этих людей. Это сложнее, чем просто добро и зло.
Для Оливии это было именно то самое "предательство", о котором говорил план. Предательство её собственной, чёрно-белой морали, её профессиональных принципов. Она чувствовала себя "изгнанной" из привычного понимания справедливости. Она влюбилась в человека, который мог быть и преступником, и героем одновременно. И теперь ей предстояло принять решение, которое определит не только его судьбу, но и её собственную.
— Я не могу просто оставить это так, Том, — наконец произнесла Оливия, её голос был твёрд. — Я должна узнать всю правду. Полностью. О Джеке, о клубе, о "Сердце Лондона". Инспектор Грейс будет вести официальное расследование, но я… я пойду дальше. По своему пути.