― Куда же нас занесло… ― направляя зверя вдоль брега, произнёс демон.
Закатное солнце окрасило небо в один цвет с пустыней. Но тут горизонт потемнел. Чёрные тучи, возникшие будто из неоткуда, опасно нависли над головой, заволакивая редкие звёзды. Ослепительная молния, а за ней оглушающий раскат грома напугали и без того нервного зверя. Сорвавшись с места, он понёсся вперёд, не разбирая дороги. Вскоре послышался цокот когтей по камню, но он быстро потонул в стене дождя.
Казалось, ливень длился вечность, но вот тучи исчезли, так же быстро как появились, а гроза сменилась всё крепчающим морозом. Выдохнув облако пара, демон огляделся. Песка почти не осталось, и жухлая трава оказалась прекрасным кормом для раозена. Спешившись, демон снял окоченевшими пальцами плащ и, растирая ладони, принялся ходить по кругу, пытаясь согреться. Тело сотрясала мелкая дрожь. К утру Деметр с трудом забрался в седло и, привязав поводья к луке, доверился зверю.
В полдень солнце стало мягко припекать и, прикрыв глаза, демон задремал. Проснувшись, от того, что зверь остановился, он сонно заморгал. Впереди стояло крупное, лохматое животное. Поднявшись на задние лапы, оно заревело, обнажая огромные клыки. Раскат, не долго думая, воспользовался моментом и выверенным движением, впился ему в незащищённое горло. Спрыгнув, демон отскочил в сторону и вовремя. Лохматый зверь махнув лапой, сбил с ног раозена. Но Раскат зубы так и не разжал, продолжая висеть мешком на шее добычи. Зверь, упав, попытался скинуть раозена, но тот, извернувшись, обвил его своим гибким телом. Через несколько минут зверь затих и изголодавшийся Раскат добрался до плоти. Демон же с опаской рассматривал вход в нору.
― Раскат, ― окликнул поедающего добычу зверя хозяин. ― Проверь.
Нехотя прервав трапезу, зверь принюхался к норе и, согнув лапы, полез вперёд. Вернулся он быстро. Отряхнувшись от земли, зверь снова вернулся к обеду. Раскат не подводил ещё ни разу, поэтому Деметр, убрав оружие, спокойной полез исследовать возможное убежище.
Лаз, поначалу узкий, вскоре расширился и плавно перетёк в камеру. Распрямившись, демон принялся измерять шагами нору. В кромешной тьме не могли видеть даже демоны. Ощупав стены и земляной пол, с глубокими бороздами от когтей, Деметр устало привалился к стене. Здесь было теплее, чем на поверхности, но Харда продолжала бить мелкая дрожь. Мысли о том, что здесь ему придётся пережидать холода, веселья не прибавляла. Поднявшись на поверхность, демон снял местами погрызенную шкуру с бывшего хозяина норы и, расстелив её сушиться на солнце, отправился изучать редкий лесок, что начинался за норой. Раскат бродил рядом, не выпуская хозяина из поля зрения. Вскоре показалось озеро, за которым лес и заканчивался.
― Не густо. На одной траве тяжело придётся.
Идея остаться здесь зимовать уже не казалась демону такой хорошей. Но идти в ночь неизвестно куда было ещё опасней. Вернувшись в нору, демон облокотился на улёгшегося рядом Раската, что был единственным источником тепла в непроглядной мгле.
Проснулся демон от холода, что пробирал до костей.
― Раскат? ― позвал демон но в норе было пусто.
Всё тело нещадно ломило. С трудом поднявшись, демон выбрался на поверхность и без сил опустился рядом со входом.
― Что же такое? ― переведя дыхание, спросил он у пустоты, но ему ответил раозен. Бодро выбежав из леса с клочком рыжей шерсти в зубах, он приветственно фыркнул. Погладив подошедшего ближе зверя по морде, демон болезненно поморщился. Каждое движение давалось с трудом.
«Это и есть те последствия голодовки,» ― думал про себя демон, жмурясь от яркого, но почти не греющего солнца.
«На Уль’Имэ светило грело даже в зимнюю стужу».
Поднялся демон лишь с заходом солнца и, слегка размяв затвердевшую шкуру, заволок его в нору. Расстелив ту на манер ковра, он без сил рухнул на неё, тяжело дыша. ― «Что же будет дальше?».
А дальше демон окончательно потерял счёт времени. Просыпаясь в холодном поту, он не понимал, где находится. Но воспоминания неизменно возвращались, смешиваясь с очередной волной боли. Несколько раз демон просыпался в компании раозена, но чаще один. Вода давно закончилась и жажда, сменилась слабым першением в горле. Хард уже не понимал, где он и кто он. Возмущённый крик и полный ужаса визг заставили его тело подняться. С трудом ступая, он выбрался на поверхность. Нежданные гости заставили демона в предвкушении оскалиться. Юноша грудью закрывал свою спутницу, а раозен, переступив через две мёртвые лошади, примерялся к новой жертве.