— Ты ни при чем. Фрэя была взрослой, и сама принимала решения. У нее всегда была эта тяга к опасным приключениям, как и у Демиана. — Он сделал паузу, глядя в ее заплаканные глаза. - Ты просто оказалась не в том месте не в то время. Как и я. Как и все мы.
За окном солнце поднималось выше, его лучи пробивались сквозь листву деревьев и рисовали на полу палаты узоры, похожие на те, что Фрэя любила рисовать в своем блокноте. В этом свете, в этой тишине, два сломленных человека сидели рядом, пытаясь найти в себе силы простить - друг друга и самих себя.
16 ГЛАВА.
Тихий стук в дверь палаты разорвал хрупкую тишину. Тейлор медленно поднялся, его пальцы на мгновение задержались на плечах Сиен — тёплое, ободряющее прикосновение. Он отошёл на шаг назад, приняв позу молчаливого защитника.
— Войдите... — голос Сиен прозвучал слабее, чем она хотела.
Дверь распахнулась, впуская массивную фигуру в идеально отглаженной форме. Прокурор Виктор Шталь заполнил собой пространство палаты — его присутствие ощущалось физически, как атмосферное давление перед грозой.
— Сиен Блэквуд, — представился он, и его бас дрожал в воздухе, словно контрабасовая струна.
— Да, это я... — Сиен непроизвольно сжала край больничного халата.
— Прокурор Виктор Шталь. Я здесь по просьбе детектива Кортеса. — Его глаза, холодные как сталь, изучали девушку. — Он сообщил, что у вас есть для меня... деликатная информация.
Сиен глубоко вдохнула, её пальцы нервно переплелись:
— Да... я расскажу всё. Но есть деталь, которую я не смогу дать — его нынешнее местоположение. — Она подняла глаза, в которых читалась твёрдая решимость. — И позвольте начать издалека, чтобы вы поняли всю картину.
Шталь махнул рукой, его массивное кольцо блеснуло в свете лампы:
— Мелочи не важны. Географию мы установим сами. — Он достал диктофон, щелчок которого прозвучал как cocking gun. — Я весь внимание.
Сиен начала повествование, её голос сначала дрожал, но постепенно набирал силу. Она говорила о бросившем семью отце, о матери, нашедшей утешение в объятиях нового мужчины... О роковой поездке в обсерваторию, где их настиг взрыв. О том, как Фрэя — её названная сестра — начала меняться, пока не превратилась в того монстра, что закончил свои дни с ножом в руке.
Тейлор стоял как каменное изваяние, лишь судорожное движение челюсти выдавало бурю внутри. Он был зол — чертовски зол — но не на Сиен. Нет, его ярость была направлена на того, кто стоял за всем этим.
— Теперь подробнее о отчиме, — внезапно прервал прокурор, его пальцы замерли над блокнотом. — Вы упомянули его имя.
Сиен закрыла глаза, будто собираясь с мыслями:
— Сальваторе Мальтези. В криминальных кругах его знают как «Теневого Кардинала».
В палате повисла гробовая тишина. Даже аппараты, подключённые к Сиен, казалось, замерли. Шталь медленно достал из портфеля фотографию и протянул её девушке:
— Этот человек?
На снимке был запечатлён мужчина лет пятидесяти с лицом, которое забыть невозможно — острые скулы, шрам через левую бровь и глаза... Глаза, в которых читалась опасность, даже на бумаге.
Сиен задрожала, её пальцы сжали край простыни:
— Да... Это он. — Её голос стал шёпотом. — Это тот, кто сломал Фрэю. Кто сломал нас всех.
За окном первые лучи солнца коснулись горизонта, окрасив небо в кровавые тона. Рассвет наступал — рассвет правды, который, возможно, наконец прольёт свет на все эти тёмные дела.
Шталь молниеносно выхватил телефон, его толстые пальцы с удивительной ловкостью набирали номер. Голос его, обычно громоподобный, теперь звучал как стальной клинок:
— Всем постам. Сальваторе Мальтези, известный как "Теневой Кардинал". Обвиняется в организации... - Он бросил взгляд на Сиен, - ...в организации преступного синдиката и причастности к убийствам. Немедленный розыск.
Положив трубку, он повернулся к Сиен, и в его глазах впервые появилось что-то человеческое:
— Благодарю вас, мисс Блэквуд. Ваши показания бесценны. Мы найдем его, и он предстанет перед судом. Клянусь.
Тейлор, до этого молчавший как статуя, вдруг взорвался:
— Нет! Его уничтожу я... - Его голос дрожал от сдерживаемой ярости, кулаки сжались до побеления костяшек.