— Ты… ты ведь не допустишь этого? — спросила Батейра, и, к ее неприязни, нотка страха прозвучала в ее голосе.
— Так. Калханиды! — воскликнул Джакрис, заметно воодушевляясь от того, что способность рассуждать возвращается к нему. — Ты говорила с ними?
— Да. Как раз сегодня. Сатеп и его семья на нашей стороне.
Джакрис просиял.
— Отлично, отлично! Ты просто умница; это уже половина успеха! Теперь осталась лишь одна семья, чей голос нам неизвестен, а между тем он сыграет очень важную роль: это Селениды.
Селениды были, пожалуй, четвертой по влиятельности семьей в королевстве, представители которой зачастую занимали высокие посты на государственной службе. Файтех Селенид являлся главным казначеем Корхеи, его старший сын Мерказ был крупным купцом, а младший, Карузан, занимал пост начальника городской стражи Корхей-Гузума.
Вскоре принцесса и великий визирь удалились в покои Батейры, где стали обсуждать план дальнейших действий в более спокойной обстановке. Джакрис учил свою подопечную тому, как можно и как нельзя себя вести на Совете Аристократии, кто будет являться главным оппонентом и как держать удар. Они обсудили множество возможных раскладов и их последствия.
— Главное — не теряй лицо и помни: в Сиппур тебя все равно никто не отправит, — заключил Джакрис. — Даже если Абкарманиды сегодня одержат верх, я со своими людьми освобожу тебя, и тогда мы уже начнем борьбу в открытую.
— Но это крайний случай… — заметила Батейра. — Джептару Абкарманиду подчиняется армия, не забывай.
— А у нас будет Демцуэль, — с довольной улыбкой возразил Джакрис, — и все его многочисленные последователи, которых с каждым днем становится все больше и больше.
«Хотелось бы мне хоть раз с глазу на глаз поговорить с твоим Демцуэлем, — подумала Батейра. — Тогда мне хотя бы станет ясно, что он собой представляет, и вообще настолько ли он заинтересован в союзе с нами, как мы с ним».
Оставалось всего пара часов до назначенного Совета, и Батейра с Джакрисом решили отправиться на виллу великого визиря, чтобы отобедать, и оттуда уже вместе отправиться на грядущую встречу с корхейской знатью. Паланкин быстро доставил их к круглому белокаменному строению в северной части Корхей-Гузума, где большую часть времени и проживал Спакирис.
Батейре было известно, что Джакрис был незнатного рода и добился своего положения сам: ее отец заметил его рвение, когда тот был еще юношей и постепенно возвысил сначала до придворного писаря, затем до помощника казначея, а девять лет назад Джакрис дослужился до должности великого визиря Корхеи. Батейре особенно это нравилось, так как она больше всего ценила мужчин, добившихся всего своим умом и усердием, а не получивших привилегии по наследству.
Прекрасные свежие мидии в белом вине и душистый морской салат не лезли принцессе в горло — от волнения у нее пропал аппетит. Сегодня могла круто измениться ее судьба: и от мысли, что она может стать пленницей Йорака Бракмоса, ее бросало в жар. Однажды, сопровождая отца в его поездке в Сиппур, она увидела его: вечно с натянутой улыбкой, подчеркнуто манерный, пижонски услужливый — лорд-протектор произвел на нее крайне неприятное впечатление.
И вот Джакрис объявил, что время на исходе, и пора отправляться в Зал Малипокку — традиционное место для официальных собраний знати корхейской столицы. Вокруг этого серого обветшалого сооружения, окруженного могучей высокой колоннадой, уже находилось множество паланкинов разных цветов и размеров.
В узком темноватом коридоре им повстречался бритый наголо человек в богато вышитом золотом балахоне — в нем нельзя было не узнать посла Кемала О’Цзуна.
— Посол, посол… — обратился к нему негромко Джакрис. — Скажите, можно ли как-то повлиять на Бракмоса? Если надо, я бы мог…
— Оставьте, — О’Цзун прервал его изящным, но уверенным жестом. — Мы все обсудим публично, — после чего проследовал в главный зал.
«Кемал О’Цзун — фигура с безупречной репутацией, — подумала Батейра, и это было правдой. — Можно сказать, сама неподкупность. На него так просто не надавить».
Джакрис слегка улыбнулся, виновато пожав плечами, как будто говоря: «Хотя бы попытаться-то стоило».
Зал Малипокку уже почти был заполнен. Представители влиятельнейших семей Корхей-Гузума уже прибыли, Батейра с Джакрисом также заняли свои места. Калханиды, Абкарманиды, Селениды — все были в сборе. И только Хирама Икмерсида нигде не было видно…
«Где же ты, брат?»
На трибуну взошел высокий статный, хоть и не молодой человек с курчавыми волосами, большими темными глазами и полными губами, облаченный в роскошную золотую мантию. Это был главный казначей Корхеи и распорядитель Совета Аристократии Файтех Селенид.
— Итак, прошу всеобщего внимания, — начал Файтех своим певучим зычным голосом. Всем было известно, что он, помимо всего прочего, еще и отличный певец. — Я приветствую всех собравшихся, и, прежде чем начать, хочу еще раз выразить свои соболезнования королевской семье по поводу безвременной гибели отважного принца Бьеджара.
Несколько мгновений все молчали, после чего Файтех продолжил:
— Эта ужасная трагедия поставила в затруднительное положение всех нас. Ввиду тяжелого состояния короля, принц Бьеджар должен был принять правление страной до выздоровления своего отца, либо до возвращения старшего брата Гарука. Однако теперь нам следует выяснить, кто будет выполнять функции правителя страны в это непростое время…
— Я думаю, этот вопрос будет решен довольно быстро, господин Селенид, — быстро поднявшись на ноги, с непреклонной уверенностью заявил Джакрис Спакирис. — Функции, о которых вы говорите, в случае отсутствия или болезни короля, должен выполнять великий визирь, — тут он коротко поклонился.
Раздалось несколько негромких возгласов недовольства, однако Файтех невозмутимо продолжил:
— Вы, вне сомнения, правы, господин Спакирис. Я ни в коей мере не пытаюсь посягнуть на ваши полномочия, однако позвольте заметить, что сегодняшний Совет хоть и носит временный характер, однако я оставляю за собой право созвать его снова, если ситуация в стране как-то усугубится, или если какие-то ваши решения вызовут… неодобрение у большей части представителей аристократии. Надеюсь, здесь мы достигли взаимопонимания.
Джакрис учтиво кивнул и вновь сел на место.
Далее, — продолжал распорядитель Совета, — пожалуй, самый
главный и основной вопрос на сегодня. Чтобы полностью осветить его суть, я предоставляю слово нашему многоуважаемому дипломату, официальному послу в Сиппуре господину Кемалу О’Цзуну.
Под сдержанные аплодисменты Файтех уступил место за трибуной
послу в золотистой мантии.
— Приветствую, дорогие соотечественники. Сразу перейду к делу, — быстро начал О’Цзун серьезным тоном. — Лорд Бракмос поручил мне донести до сведения короны следующее требования: принцесса Батейра Икмерсид должна быть немедленно доставлена в Акфотт в качестве гарантии лояльности корхейского двора Сиппуру и аклонтистскому альянсу в целом.
По залу пронесся громкий ропот, улегшийся не сразу.
— Я прибегал к многочисленным уговорам и предложениям компромисса для лорда-протектора, однако владыка Сиппура остался непреклонен в своем требовании. Йорак Бракмос объяснил, что он недоволен многими, гм-м… лжеучениями, которые распространяются в Корхее, и ввиду этого намерен укрепить наш союз путем получения заложника королевской крови. Со своей стороны он обещал для принцессы наилучшие удобства и самое учтивое обращение, с немедленным возвращением на родину после окончания войны.
Гул по-прежнему не смолкал в Зале Малипокку. Получив знак от Файтеха, посол покинул трибуну, и глава дома Селенидов вновь взял слово:
— Благодарю вас, господин посол. Поскольку вопрос этот весьма щепетильный и неоднозначный, я предлагаю всем желающим высказаться по очереди со своих мест, дабы не создавать неразбериху. Итак, господин Спакирис, я вижу, вы желаете! Пожалуйста! Остальных призываю к порядку!
— Ну что ж, — начал Джакрис, прочистив горло, — я думаю, это как раз тот случай, когда нам нужно показать, что мы, наконец, отказываемся плясать под дудку лорда-протектора, и нашему терпению настал конец. У Бракмоса нет никакого права вмешиваться во внутренние дела нашей страны, а требовать в заложницы дочь короля — это величайшее неуважение к нашей нации, да и попросту свинство! Лично я убежден, что мы имеем дело с обыкновенным политическим блефом; армия Сиппура сейчас далеко, и рычагов воздействия на нас крайне мало. Самое время продемонстрировать независимость нашего двора и заставить союзника относиться к Корхее как к равной державе. Лорду Бракмосу следует отказать — таково мое мнение!