— Тогда что же делать? Как ты живешь с этой мыслью?
Лола взглянула на него, и в её глазах Этан увидел не только страх, но и надежду.
— Я не знаю, — прошептала она. — Но я не хочу, чтобы это касалось тебя... ― и Лола резко замолчала.
Этана охватила всепоглощающая решимость. Он не хотел, чтобы этот страшный сценарий повторился снова. Он не мог просто смотреть на то, как Лола страдает из-за проклятия, не зная, что ему делать.
— Мы найдем способ избавиться от этого проклятия, — сказал он уверенно.
Лола молчала, и в её глазах мелькнуло что-то, что Этан не мог понять. Это были любопытство и надежда, смешанные со страхом.
Но в глубине души Этан понимал, что этот путь будет опасным, и им придется столкнуться с обоими испытаниями — и физическими, и эмоциональными. Тем не менее, он был готов на все ради спасения сестры,и освобождения Лолы.
Глава 10.Исчезновение.
Лола.
Я чувствовала себя не в своей тарелке. Я избегала встреч с Этаном, стараясь не пересекаться с ним. Мне было стыдно за то, что я оказалась "не такой", как все. Проклятие терзало меня, а мысли о том, что я могла кого-то потерять, мучили. Каждый шаг в его сторону казался мне опасным.
И с чего это,он захотел помочь мне?Что за резкий переворот сценария?
Но однажды, когда я шла по коридору между уроками, меня вдруг остановил Этан. Он пресек мой путь, прислонив к стене. В его глазах пылали решимость и страсть, которые вызывали у меня одновременно и страх, и трепет.
Он был высокого роста,где-то 190 примерно,мои 160 и рядом не стояли,я буквально дышала ему в "пупок".Он был крепкого телосложения,и его широкие плчи доказывали это.Его угольные глаза,зрачки на фоне глаз не виднелись,и глаза были черными,выглядело это жуткавато.
— Лола, — произнес он, глядя ей прямо в глаза, — я обещаю помочь тебе и не влюбиться в тебя.
Бах,бах,бах,и мое сердце стучит.Словно в груди кто-то снова кричит.
Мое сердце замерло. Эти слова, простые, но такие тяжелые, были как лезвие, разрывающее ту защитную оболочку, которую я пыталась вокруг себя создать. Я ощутила, как внутривсе перевернулось.
— Ты не понимаешь, Этан, — едва произнесла я, — это больше, чем просто обещание. Проклятие — это не просто слова! Это реальность, это… мучение.
Этан не отводил взгляда.
— Я знаю, — ответил он тихо. — Но когда я говорю, что не влюблюсь в тебя, я, возможно, не совсем прав. Мы не можем контролировать, что испытываем. Но я готов с этим бороться. Ты не одна.
Я округлила глаза, в душе зародилась искра надежды. Многие говорили, что невозможно избавиться от проклятия, но его уверенность вдохновляла. Может быть, мы сможем найти способ?
— Как ты можешь быть так уверен? — спросила я, в голосе звучало беспокойство.
Этан шагнул ближе, и я почувствовала его тепло.
— Я не знаю, как именно мы это сделаем, но вместе мы сможем справиться с любыми трудностями. Я готов быть твоей опорой.
Я понимала: его слова — это шаг в неизвестность. Я не могла просто игнорировать свои чувства, и этот трудный путь только начинался. Но мой страх начал отступать. Может, если мы будем вместе бороться, проклятие отступит?
— Я… я не знаю, с чего начать, — призналась я, наконец посмев взглянуть ему в глаза.
Этан улыбнулся.
— Мы начнём с того, что будем искать ответы. Если это проклятие действительно существует, то и способ его разрушить должен быть. Мы справимся вместе.
Я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. С каждой секундой эта общая борьба могла превратиться во что-то большее… что-то, что не пугало, а связывало. Внутри меня зародилась надежда, а затем я решилась:
— Хорошо, давай попробуем.
***
Я ворвалась в свою квартиру, сердце бешено колотилось в груди. Отец всегда оставлял записки, но сегодня — тишина. Я посмотрела на стол, где обычно ждал меня его теплотой почерк, но вместо этого — пустота. Внутри меня что-то закололось, и я достала телефон, набрала номер отца, но на другом конце лишь глухое молчание.
Словно в предчувствии беды, я схватила свои вещи и вышла на улицу. Пробки в Блеквуде всегда казались бесконечными, и каждую минуту ожидания наполняло меня тревогой. В конце концов, я всё же добралась до больницы.
Прибежав в приёмный покой, я сразу же направилась к знакомой медсестре, с которой я часто общалась, когда отец задерживался на работе. Но та лишь пожала плечами и с тревогой в глазах сообщила, что папа закрыл кабинет и уехал.