— Полагаю, вы Татьяна? — устав ждать от Ивана слов, обратился напрямую к девушке.
Таня испуганно кивнула, а Михаил улыбнулся. И эта улыбка в мгновение ока изменила его лицо. Омуты глаз всё так же пристально изучали её, но теперь в них появилось какое-то тепло, будто в мужчине были всепоглощающая любовь и добро. В этот момент девушке даже показалось, что она понимает, почему люди верят. Захотелось рассказать этому человеку всё, чтобы он выслушал, поддержал, посочувствовал… Иван сжал руку Тани чуть сильнее, она даже вскрикнула от неожиданности, наваждение развеялось. Девушка поёжилась, без этого всепрощающего и всепонимающего тепла стало холодно и страшно.
— Татьяна, не бойтесь, — голос Михаила звучал тихо, но будто в самой её голове. — Господь любит всех своих детей. Вы не сделали ничего, чтобы вызвать его гнев.
Иван, до этого напряжённо молчавший, не выдержал:
— Прекращай свои ментальные штучки.
Михаил перевёл взгляд на него. На лице священника, а Таня была уверена, что он именно священника, была всё та же мягкая понимающая улыбка.
— Значит, любовь во смерти, — с пониманием и горечью сказал он.
— Вас это не касается, — с нажимом на первое слово ответил Иван.
Михаил лишь кивнул, окинул взглядом дом, но не нашёл, того, что искал. Тане показалось, что мужчина даже принюхался.
— Он был здесь, — Михаил даже не спрашивал, но Иван кивнул и махнул в сторону гаражей. — Мы ещё увидимся с вами, Татьяна, — он снова внимательно осмотрел её и покачал головой. — Бедное дитя.
После чего странный мужчина развернулся и ушёл в указанном Иваном направлении. Вампир же потащил Таню к мотоциклу. Быстро закрепил вещи, проверил шлем на девушке, а потом они рванули прочь.
***
Они мчались, как на пожар. Уже дома Иван припарковал мотоцикл, схватил Таню на руки и, не обращая ни на что внимания, потащил наверх. Только в комнате он поставил её на ноги и запер дверь, после чего оперся на неё. Таня подошла к нему, заметив, как дрожал его пальцы. Она порывисто обнял её, прижимая к себе, а она обхватила руками его, прижалась щекой к груди и неожиданно заплакала. Иван гладил её по голове, целовал волосы, а она заливала его футболку горячими слезам.
— Не представляешь, как я испугался, когда тебя на руках внёс незнакомый мужик, — шептал он. — А следом твой дядя завывал про нашествие призраков. Я чуть с ума не сошёл, чуть не умер, даром, что уже…
Она перестала плакать и отстранилась, глядя ему в глаза.
— Покажи мне.
— Что? — растерялся он, поглаживая её руку.
— Ты сказал, что холодно и пусто, — настойчиво сказала она. — Я хочу понять…
Один из призраков этого дома уже ей сказал, что Иван может показать, он уже показывал однажды.
— Не могу, — он отпустил её руки и скрестил свои на груди, будто защищался.
— Можешь, — настаивала она. — Я должна понять.
— Нет.
Он проскользнул мимо неё к столу. Таня даже не стала оборачиваться, ей не хотелось на него смотреть.
— Ты однажды уже показывал.
— Откуда…
Он выругался, послышался звук, будто кто-то разбил чашку.
— Ладно, — он вздохнул. — Проходи в ванную.
Послушался звук открываемой двери, затем в вону полилась вода. Она зашла и увидела, как Иван стоит на коленях у ванны.
— Не сильно горячо?
Таня послушно попробовала воду рукой.
— Нормально.
Он молча кивнул, с мрачным видом наблюдая, как поднимается уровень воды.
— Кому ты это показывал?
— Это имеет значение? — Парень всем своим видом показывал, что эта затея ему не нравится.
— Эве, — он вздохнул. — У неё была дурацкая идея стать вампиршей, — Иван хмыкнул. — Тогда мы с Марком разработали такой странный способ показать ей, что её ожидает. Марк убедил, что её ощущения в тот момент напоминали то, что он иногда улавливает от меня… А уж опустошение после я имел честь наблюдать сам.
Таня почему-то поёжилась, но осталась стоять рядом.
— В прошлый раз почти всё делал Марк, — задумчиво произнёс вампир. — Но, думаю, я справлюсь и без него. Будут некоторые изменения, но, надеюсь, ты мне их простишь, — он хитро ей улыбнулся. — Раздевайся.
— Что?
— Можешь и в одежде в воду полезть, мне не принципиально, — он равнодушно пожал плечами и закрыл кран.
Иван даже отвернулся, задумчиво разглядывая что-то в руках. Таня вздохнула и всё же решила раздеться. Погружаясь в воду она чуть не задохнулась — та всё-таки оказалась горячее, чем она думала.
— Слишком горячо? — с сочувствием спросил Иван, вставший у её головы, но таким образом, что Таня поняла, ему почти ничего не видно.
— Есть немного.
Он встал на колени около неё и завязал глаза чёрной непроницаемой лентой.
— Вампир со дня обращения погружается в ночь, — услышала Таня шёпот. — Если твоя сила окажется недостаточной, ты никогда больше не сможешь даже смотреть на солнце.